?

Log in

Дмитрий Быков, писатель и журналист
пиратское сообщество читателей, слушателей и зрителей — dlb на copyright, или так — Мы за copyleft
Recent Entries 




Дмитрий Львович вернулся на пару дней в лекторий...

29th-Apr-2017 05:26 pm - модераторское
a propos СТО ЛЕКЦИЙ на ДОЖДЕ: следующий выпуск состоится 13 мая
Современный оракул — толстый, желчный и брюзгливый

О книге «Карманный оракул» Дмитрия Быкова.

Быкова многие не любят. За то, что толстый (это версия самого Дмитрия Львовича). За то, что вещает из каждого утюга (это, мягко говоря, не соответствует действительности) и охотно дает комментарии на темы, выходящие далеко за рамки его профессиональной компетенции (а вам что мешает — не приглашают чай?). Наконец, за то, что порой выдает экстравагантные гипотезы и сомнительные предположения за общепризнанную истину. Зато у Быкова есть качество, обычно не свойственное пламенным публицистам: он умеет отвечать за базар. То есть признавать ошибки — и даже вносить коррективы, если руки доходят. На этой фишке построен новый сборник его статей: в финале каждого текста, где прозвучал какой-то прогноз, автор подводит итог — угадал-не угадал, попал в яблочко или пальцем в небо.

В свое время на кафедре истории журналистики журфака СПбГУ висел плакат: на листе формата А4 фраза «Не пиши много, отупеешь!» — и изображение оточенного карандаша. Дмитрий Быков пишет чудовищно много, во всех журналистских и литературных жанрах, мыслимых и немыслимых, от частушки до романа-эпопеи. Пишет изобретательно, остроумно, образно, эмоционально. Хотя иной раз эмоции берут верх — и тогда из-под его пера выходят желчные памфлеты на злобу дня, лишенные иных достоинств быковской публицистики. Зато именно в таких текстах Дмитрий Львович точнее всего угадывает вектор грядущих событий, схватывает суть. К чести автора, большую часть этого сборника занимают иные статьи: рецензии и эссе о литературе, искусстве, истории России — пусть и не без рискованных обобщений, но выходящие за рамки чисто общественно-политического дискурса.

У «Оракула…» другая слабость: при всей своей изобретательности, со временем Быков становится предсказуем. У него есть несколько любимых историософских концепций и культурологических теорий, к которым он непременно возвращается в каждой своей книге. Этот томик исключением не стал. Первый лейтмотив — закольцованность, неодолимая цикличность российской истории, где «оттепели» неизбежно чередуются с «заморозками», а за эпохой террора следует период отчаянной либерализации, и неизвестно еще, когда жить легче, жить веселее. Теория, мягко говоря, не новая, она восходит к идее циклического времени, принятой у аграрных цивилизаций от Ассирии и Вавилона до средневековой Европы включительно. Но автору нравится: на этом фундаменте Быков возвел, например, мегалитический зиккурат романа «ЖД».

Вторую свою излюбленную идею автор использовал в «Орфография» и «Остромове», по касательной задел в биографиях Бориса Пастернака и Булата Окуджавы. Быков отмечает, что стоит только очередной российской «властной элите» слегка обуржуазиться, расслабиться, научиться есть вилкой и не сморкаться в портьеры, как ее немедленно пожирает следующее поколение пассионариев, еще более беспринципное, жестокое и пошлое. При этом тонкий налет культуры, жирок, который худо-бедно успел нарасти, сгорает в первую очередь: все, что есть хорошего в сложившейся системе, стремительно гибнет, все плохое — сохраняется. Идея тоже не бог весть какой свежести: об этом писал Виктор Пелевин в эссе «Зомбификация» еще в 1990 году. На первый взгляд, эти теории вступают в противоречие, но на самом деле дополняют друг друга: вырваться из замкнутого круга невозможно (разве что через мученичество, как Пушкин или Пастернак, или через плодотворное безумие, как Хлебников), каждый новый «грядущий гунн» чудовищнее, апокалиптичнее предыдущего. Словом, чем дальше, тем хуже — никакой «конец истории» не остановит вечное вращение колеса сансары. И как, скажите на милость, любить автора, который дает такие прогнозы?..

И все-таки наиболее любопытны гипотезы Дмитрия Быкова, связанные с литературой — благо эта тема близка и понятна ему как никакая другая. В «Карманном оракуле» автор, например, делится наблюдением, что дети отличаются от взрослых прежде всего повышенной возбудимостью, склонностью к эмоциональным перепадам, остротой и непосредственностью восприятия мира. Поэтому, заключает Быков, самыми успешными произведениями для подростков становятся книги, где «бушуют нешуточные страсти — а дети, которые живут в напряженном, динамичном и опасном мире, чувствуют это остро и благодарно» (статья «Отжечь не по-детски»). Любые попытки оградить подростков от страстей обречены на неудачу и ведут только к деградации жанра, удушению детской литературы как таковой. Или другое предположение: антиутопии массово пишутся не на переломе эпох, не после большой катастрофы, а в сытом и благополучном обществе, остро ощущающем незаслуженность этого благополучия («Антиутопия как совесть»). Отсюда постапокалиптика, расцветшая в России нулевых как грибок под ногтями — а заодно и все эти «Голодные игры» с «Дивиргентами».

И то, и другое, разумеется, чрезвычайно спорно, на любой аргумент можно привести десяток возражений. Но сам по себе неожиданный выверт темы, парадоксальный извив мысли привлекает: каждую такую статью в принципе можно развернуть в небольшую монографию. Собрать материал, взвесить все «за» и «против», попробовать разные методологические подходы… Нужно только время. Но Быков с его гиперактивностью и сверхзагруженностью уже мчится дальше, с ревом и лязганьем, распугивая гусей и обдавая клубами вонючего пара скромных пассажиров, столпившихся на перроне станции Мажарово*.

Куда ж несешься ты?.. Не дает ответа.

* Можарово


«Большие политические циклы длятся по 15 лет. Путин в эту теорию вписался идеально. 15 лет с плюсами и минусами у него шло более-менее, а потом все посыпалось. С 2014-го люди каждый год живут все хуже. Слушайте, ну может, не стоит экспериментировать против своей же истории?! Ну просто пора поменять человека!»

Михаил Ходорковский и писатель Дмитрий Быков рассуждают о новом застое и акции #Надоел 29.04.

Приходите завтра в приемные президента с требованием к Путину не выдвигаться на четвертый срок!

https://openrussia.org/media/708674/
29th-Apr-2017 09:05 am - Про труд
Оригинал взят у d_albertini в Про труд

Дмитрий Быков – Один (28 апреля 2017)
«Упоминание социальных проблем популярности не гарантирует»

Дмитрий Быков в эфире «Ъ FM» — о слоганах партии власти.

Первомайские лозунги, предложенные «Единой Россией» своим региональным отделениям, вызвали широкое обсуждение. Ведущие «Коммерсантъ FM» Наталья Жданова и Петр Косенко в беседе с писателем Дмитрием Быковым пытались понять, насколько такая практика отвечает запросам общества.


[Петр Косенко:]
— Как вы считаете, этот креатив партии власти вдохновит народ на труд и на подвиг?

[Дмитрий Быков:]
— Все, что думает народ России о труде, давно уже выражено в классическом стихотворении: «Это наш советский герб // Справа — молот // Слева — серп // Хочешь, жни // А хочешь, куй». А четвертую строчку все знают.

[Петр Косенко:]
— Все равно получишь хлеб, как известно.

[Дмитрий Быков:]
— Проблема в том, что культ труда присущ был советскому социуму. Это культ достаточно скучный, как англичане говорят, «boring», и он совершенно бесперспективен, потому что это совершение работы ради работы. Мне представляется, что с культом труда пора покончить. У нас есть мнение Льва Толстого, который говорит, что работа — это чаще всего самогипноз, подмена духовного труда над собой. Человек много работает, чтобы оправдать себя, а на самом деле ему это не нужно. Надо работать над своей душой. А вот этот культ работы, который присущ западной цивилизации, что у кого богатство, тот и отмечен богом, мне кажется, не наш.

И поэтому партия власти гораздо быстрее завоевала бы голоса, если бы появились, например, лозунги «Труд-труд, кони мрут» или «От труда помрет и рыбка из пруда». То есть культ работы — это культ людей, которым лень почему-то заниматься самосовершенствованием. Работа — это проклятье, первородный грех, но этим нужно заниматься, просто чтобы не умереть.

[Наталья Жданова:]
— Когда читаешь лозунги, подготовленные «Единой России», складывается впечатление, что это какие-то диверсанты готовили их в рядах партии. Ведь они поднимают самые острые и болезненные темы, напоминают людям об «убитых» дорогах, о коррупции. Почему это делается, зачем и насколько удачны такие посылы?

[Дмитрий Быков:]
— Об этом сказала Анна Ахматова: «Он к самой черной прикоснулся язве, // Но исцелить ее не мог». Наверное, надо прикасаться к «язвам», это долг поэзии и политики, но только если ты можешь сказать хоть что-то утешительное. А само по себе упоминание социальных проблем популярности не гарантирует. Главное, что я хочу повторить, российский народ — это народ не идеологический, поэтому попытаться зажечь его любовью к партии или любовью к труду достаточно бессмысленно. Он весело и душевно отзывается на цинизм, на такое внятное понимание его проблем.

[Петр Косенко:]
— А может быть, в этих слоганах, лозунгах важно не столько содержание, сколько ритм? Эти же речевки для темпа на демонстрациях создаются?

[Дмитрий Быков:]
— Эти лозунги всегда служили объектом высмеивания и жесточайшего пародирования. В «Артеке» самой большой популярностью была абсолютно бессмысленная речевка, но которая идеально подходила для прихлопывания.

[Наталья Жданова:]
— Может, «Единой России» имеет смысл на прозу переключиться? Она будет более понятной электорату?

[Дмитрий Быков:]
— Да поздно уже. Понимаете, «Единой России» поздно что-либо делать. Она стала мемом. Все, что она скажет, будет вызывать совершенно однозначную реакцию. И чем смешнее то, что она делает, тем мягче, тем спокойнее пройдет наше расставание с этой очередной реинкарнацией КПСС.


28 апреляпятница, 19:00«Евгений Евтушенко: если Бродский против, я — за»London, The Open Russia Club — 50 GBP


29 апрелясуббота, 19:30«Евгений Евтушенко: если Бродский против, я — за»Москва, лекторий "Прямая речь" — 1.750 руб.

30 апрелявоскресенье, 12:00«Про Гарри Поттера» (для детей 10+ с родителями) — Москва, лекторий "Прямая речь" — 1.500 руб.

30 апрелявоскресенье, 19:30«Сергей Довлатов: конец мифа»Москва, лекторий "Прямая речь" — 1.750 руб.


19 маяпятница, 19:30«Литература про меня»: Федор Бондарчук + Дмитрий БыковМосква, ЦДЛ — от 1.000 руб. до 3.500 руб.

20 маясуббота, 20:00«История великих пар: Мережковский и Гиппиус»Москва, лекторий "Прямая речь" — 1.950 руб.

21 маявоскресенье, 12:00«Денискины рассказы» (дополнительная лекция; для детей 10+ с родителями) — Москва, лекторий "Прямая речь" — 1.500 руб.

«Открытый урок», интерактивный курс по литературе для подростков 13+

27 маясуббота, 15:00Николай Гоголь «Ревизор»
28 маявоскресенье, 15:00Иван Гончаров «Обломов»
29 маяпонедильник, 17:00Михаил Булгаков «Мастер и Маргарита»

Москва, лекторий "Прямая речь" — 6.000 руб.



С чистого листа

Спрос на электронные книги вырос на 60%. Как сообщает Роспечать, объем продаж произведений за год увеличился на 1 млрд руб. Эксперты отмечают, что это единственная ниша на книжном рынке, спрос на которую растет.

<...>

Радиостанция «Коммерсантъ FM» спросила российских писателей о том, как растущая популярность электронной литературы влияет на их творчество.

Дмитрий Быков: «Точнее всего выразился Роберт Шекли в интервью вашему покорному судье*. Он сказал, что электроника влияет на психологию писателя не больше, чем новый топор на психологию плотника. Есть другая проблема — современный человек быстрее соображает, потому что его жизнь в целом ускорилась. Поэтому сокращается в книге число описаний, стремительнее развивается сюжет, ярче и насыщеннее становится диалог».

<...>

* слуге
ДМИТРИЙ БЫКОВ в программе ОДИН (выпуск 96-й)

звук (.mp3)

все выпуски программы ОДИН на ОДНОЙ СТРАНИЧКЕ

запись мини-лекции "Ифлийцы. Елена Ржевская" отдельным файлом | все прочие лекции здесь

весь ОДИН в хорошем качестве



Анна. Карен. И – На…

У Карена Шахназарова были все шансы сделать отличную экранизацию «Анны Карениной».

Во-первых, он чрезвычайно талантливый режиссер, и каковы бы ни были его политические взгляды – а они далеко не так просты, как кажется во время иных ток-шоу, – на качестве продукции это никогда не сказывалось. Да, он не любит буквальных киноверсий российской прозы и всегда что-то досочиняет, но в «Коне бледном», «Белом тигре» и особенно в «Палате № 6» это выходило и умно, и уместно. Во-вторых, у его «Анны Карениной» почти безупречный кастинг: Елизавета Боярская – отличная драматическая актриса, кто не верит – тот не видел ее в спектаклях Льва Додина. А Виталий Кищенко – не просто идеальный Каренин, но один из лучших артистов своего поколения, мощный трагик. И тем не менее Карениной нет, фильма нет, не о чем даже спорить.

Толстой был не только гениальным психологом и отважным философом, но и крепким профессионалом. Он знал, что в истории Анны необходима линия Левина, и очень гордился тем, как сведены своды: замка не видно! Убери несущую стену – и здание рухнет: без Левина все рассыпается. Чтобы вытянуть куцую версию романа, нужны актеры класса Тарасовой, Хмелева и Прудкина.

Роман Толстого – сложная конструкция, и в этом его прелесть; фильм Шахназарова убийственно прост, лишен второго дна и второго смысла, не станет же режиссер всерьез уверять, что российская катастрофа разразилась из-за адюльтера между полковником и светской красавицей. Подобная идея уже вдохновляла «Солнечный удар» Никиты Михалкова, и тоже ничего хорошего не получилось. Империи гибнут как раз из-за упрощений, а не из-за адюльтеров.

Вторая причина этой неудачи тоньше, но и страшней. Герои этого фильма не испытывают страсти, вообще не знают, что это такое. Их любовь анемична, ревность декларативна, видимо, супругам действительно противопоказано играть историю беззаконного и внезапного сближения двух едва знакомых людей. Ведь у Вронского с Анной нет ничего общего, кроме любви, – а когда любовь выгорает, их разительная несхожесть торчит из каждого диалога. Матвеев и Боярская, два отличных артиста, кажется, не только прожили пять лет в браке, но и учились в одном классе. Где им взять изумление и ужас от вторжения в их мир принципиально другого, непредсказуемого, часто невыносимого человека?

Все герои сегодняшнего дня и в жизни абсолютно анемичны. Более чем бурная жизнь сегодняшней России волнует, кажется, только студентов, и то пока не выросли.

Самый точный диагноз эпохе – «Нелюбовь». Будем надеяться, что фильм с таким названием (как и старая картина Валерия Рубинчика в самом начале постсоветских времен) будет иметь успех – если не у нас, то по крайней мере в Каннах.



рубрика «белым по чёрному»

НАВАЛЬНЫЙ УЖЕ ПОБЕДИЛ

На фоне французских выборов нищета российской идеологии особенно очевидна. Марин Ле Пен, конечно, не героиня моего романа, но когда ее называют нацисткой – за этим по крайней мере что-то стоит. Президентская борьба была не особенно содержательна, но сопровождалась живыми дискуссиями. В отличие от французской, тоже во многом фальшивой, русская политическая жизнь стопроцентно имитационна. Тут ни одно слово не значит ничего. Больше того, это пространство тотальной мертвечины, поскольку ни одного нового термина и ни одной значительной победы тут нет уже семьдесят лет. Если надо разоблачить Навального, то он Гитлер. Если надо отвлечь население от реноваций, то есть от сноса домов, – штурмуется картонный Рейхстаг.

Идеология России до сих пор остается на уровне позднего сталинизма, и поздний Путин не может предложить избирателю ничего нового. На переправе не меняют, если не он, то нацисты, опытных политиков больше нет, скрепы, запреты, райкомы РПЦ – все это оформилось давно и никак не эволюционирует. Положим, Марин Ле Пен дает хоть какие-то основания для обвинения ее в радикальном национализме, но Навальный провозглашен Гитлером, кажется, только потому, что других ругательств в российском политическом языке не осталось. Интересно, что бы они стали делать, если бы Навальный был, страшно подумать, евреем. Но не останавливает же это их в случае Гозмана. Он сторонник и защитник «киевского фашизма». Надо было из него наделать абажуров. Идеология и риторика войны опасна не просто потому, что поддерживает нацию в состоянии хронического стресса. И не просто потому, что опирается на прошлое, а выборы должны говорить про будущее. Страшно то, что после неизменной смены этого подзадержавшегося режима на следующий, когда путинский наркоз перестанет действовать и страна начнет просыпаться, скомпрометированы окажутся две фундаментальные для России вещи: война и церковь. И если к власти будут рваться настоящие фашисты – по итогам путинского правления это вполне возможно, – останавливать их будет уже нечем. На чем тогда строить новую идеологию? На поле Куликовом? На озере Чудском? На Крещении Руси, которое случилось в «фашистском» Киеве?

Не превратится ли вся эта история с выборами-2018 в безнадежно позорный цирк, как уже превратился в цирк российский парламент. Страна, в которой скомпрометированы все формы власти – от тоталитаризма до демократии, – обречена на безвластие, и это может оказаться финалом ее истории. Впрочем, кажется, наверху с этим уже смирились. К тому и ведут.



НЕ ИДИОТ КЛИНЦЕВИЧ

«Я что, идиот?» – так прокомментировал Франц Клинцевич версию о том, что он рассылал по регионам письма, в которых провозглашал Володина преемником Путина.

(Сцена изображает кабинет Путина. На ковре – Клинцевич.)


Путин
– Выходит, ты меня не ценишь,
Не дорожишь, выходит, мной...
В последний раз скажи, Клинцевич:
Солгал ли этот Чепурной?

Клинцевич
– Владим Владимыч! Этой местью
Я потрясен и огорчен.
Клянусь вам всем! Клянусь вам честью!
Я совершенно ни при чем!
Вы просто верите подлогу,
Ведь он письма не отдает!
Не идиот же я, ей-богу?

Путин
– Допустим, ты не идиот,
Но, может, я тебе не годен?
Я, может быть, непроходим?
Ты не писал им, что Володин –
Преемник мой?
Клинцевич
– Владим... Владим...
Как не бывает пары Родин,
Так не бывает двух царей.
При чем тут он? Какой Володин?
Тогда Кадыров бы скорей,
Но это так, в порядке бреда.
Россия выберет сама,
У вас бесспорная победа,
Ведь не сошел же я с ума?!

Путин
– Нет, не сошел. Но ты, Клинцевич,
Признайся мне как на духу:
Ты сам в преемники не целишь?

Клинцевич
– Владим Владимыч! Кто из ху?!
Чтоб я... при вас... да вас Россия
Избрать готова всей толпой.
Как под тупого ни коси я,
Но не совсем же я тупой?!
фрагмент лекции Дмитрия Быкова «ХХ век: Возмездие» от 12 февраля 2017 года:

[вопрос из зала:]
— Дмитрий Львович, каким по-вашему мнению родится мальчик?

<...>Collapse )

Вот, знаете, точно так же мои московские студенты нынешние: один переводит «Поминки по Финнегану», другой изучает древние языки (совершенно непонятно зачем они ему нужны; он говорит — от нечего делать, надо же чем-то себя развлечь), вот девушки какие-то, которые в 20 лет пишут, как в 40, вот Лиза Шестакова (не буду вам её там пиарить), но её Facebook под именем August Richter это кладезь потрясающей прозы, страшной, отчаянной. Она живёт в дикой депрессии, но как она хорошо об этом пишет, просто жить хочется. [смех в зале] Вот это такие гении, которых много, которые…

<...>Collapse )



https://www.facebook.com/augrichter/posts/1939849542910998

Мне снятся такие чудовищные, громадные сны, что я отступаю перед реальностью. Я всегда пишу вам, когда тревога отшибает разум. Скажу один раз, поперек воли и гордости: вы меня бесите. У вас так много других; они были и будут лучше меня - и я любуюсь ими, как любуюсь всеми людьми, потому что я последний из всех. Я часто представляю, как всаживаю вам в живот столовый нож. Это движение мне органически знакомо. Во сне я делал это не раз.

комментарии:

August Richter: К тебе я также обращаюсь, милый друг, не разглядевший во мне родства. И тебя я убивал много раз - прежде всего, убивал тебя в себе.

Дмитрий Львович Быков: Хорошо, когда человек умеет сочинять

August Richter: а что еще делать тут вообще)

Максим Глазун: теперь писать начала, чеховское ружьё в действии

August Richter: я писал еще до того, как ты родился :Р
а вообще - ничего и не пишу я, просто высказываюсь раз в год

August Richter: не хочу, чтобы меня называли декорацией :(



СИНОПТИЧЕСКОЕ

«Я родился в холодной стране.
Мало чести — оставь мне хоть эту».
2000

Люблю тебя, апрельский снег, а не грозу в начале мая. Все обещанья вешних нег, все планы дачников ломая, ты засыпаешь общий дом, лежишь на крышах, на воротах — напоминанием о том, что мы живем в таких широтах. И этот снег, и корка льда — они, казалось бы, годны ли для жизни истинной? О да. Ведь это повод для гордыни. Всегда находится кретин,— и, между прочим, их в достатке, добро бы он такой один, а то ведь их таких десятки,— что утверждает: господа, цените место у параши, тут наша древняя среда, а остальное все не наше. В России надо жить трясясь. Постыдно жить в тепле и блуде. Тепло придумал англосакс, а мы нордические люди! О чистота, о белизна, земля нам саван постелила, весна порочна и грязна, и только смерть всегда стерильна! Консервативный поворот переживает вся планета. Не только оттепель пройдет, но вообще не будет лета. Настало время перемен непредставимого масштаба: сейчас мы выберем Ле Пен — вот баба снежная! Вот баба консервативная! Она — арийских ценностей защита. Зима не просто нам дана, а в гены к нам навеки вшита. О снег!— ликует идиот.— О заторможенные реки! Зима не только не уйдет — она вернулась к нам навеки, а все, кто требовать весны неосновательно решился,— они вообще цепные псы заокеанского фашизма. Пусть учат тещу и жену, а мы — пример земному шару, мы признаем одну жару — когда даем соседям жару. Мы убедились при Хруще — нас в мире плохо понимают, мы норд, и климат вообще на переправах не меняют… И вот послушаешь его, весь этот бред густобородый,— и понимаешь: большинство не переделаешь свободой, давай им персик, абрикос, хоть ананас — они не внимут. Тут не в политике вопрос, а это климат, братцы, климат! В России время не пришло для вешних трав, для мать-и-мачех… Нам сроду не было тепло, нет гроз, и нам ли начинать их?! Вот так, почти уже во сне, хотя светло и чай не допит, глядишь в окно на мокрый снег и думаешь: зато ведь топят… Довольно требовать, глупить, идти гулять — большая дерзость. Весной не станут и топить, и что тогда мы будем делать?

Учитесь жить под потолком. Не знаю худшей штурмовщины, чем ждать при климате таком, что народятся апельсины. Не надо жалобных соплей, дурных сравнений и оглядок: на Украине да, теплей, но там бардак, а тут порядок. О символичная весна с таким февральским рецидивом, ты так наглядна, так ясна, твой образ стал таким правдивым! Все эти песни на одре невыносимо надоели: поверить в это в январе еще возможно, но в апреле… Весь этот пафосный разбег — уже предмет для скоморошин. Как жалок ты, апрельский снег, как ты ничтожен, как ты чмошен! Так жалок престарелый царь, его придворных дряблый танец. Ты имитируешь январь, а и на март уже не тянешь. И скоро шумный вешний вихрь — о, сколько празднеств, сколько бешенств!— снесет и лыжников твоих, и запоздалых конькобежцев, всех идеологов зимы, что и сейчас-то еле живы, но душат местные умы отсутствием альтернативы. Каким морозом ни ударь — ты имитациями занят: не остановишь календарь, он милосердия не знает. О, эта вянущая плоть, пустое, высохшее вымя… Твои метафоры, Господь, бывают просто лобовыми.

Люблю тебя, апрельский снег! В твоем плену надежда зреет. Живет недолго человек, но пережить тебя успеет. Люблю — за то, что новый век уже не слышит старых бредней; люблю тебя, апрельский снег, за то, что ты такой последний! Прощай, уютный мезозой, век динозавров со слезой! Ты воешь, правду понимая. Но не пугай меня грозой: любить грозу в начале мая — оно и вправду моветон, наследство древних космогоний,— но ваш державный фельетон, поверьте, много моветонней.

Люблю тебя, апрельский смех, над этой гнилью теплохладной. Люблю тебя, апрельский снег, за то, что ты такой наглядный.
# ОнВамНеДимон // Москва, 26 марта 2017 года

фрагмент лекции Дмитрия Быкова «Открытый урок: Михаил Лермонтов «Герой нашего времени»» от 25 марта 2017 года:

<...> Что касается вот этого вопроса о предрассудках. Понимаете, я бы хотел, чтобы… я бы хотел руководиться совестью, да? Но я руковожусь всё-таки понятиями чести. Вот я вам приведу идиотский пример. У нас завтра с вами последняя лекция. Ну, она вообще-то не последняя, будет ещё много, но в этом цикле последняя. Её может не быть, потому что между двумя лекциями в два часа я собираюсь пойти всё-таки прогуляться по Тверской. Я очень не хочу этого делать, и мне, скорее всего, не надо этого делать. Но я пойду, потому что есть понятие чести. «Все мои друзья были в заговоре». Кто так сказал? Чья это фраза: «Все мои друзья были в заговоре, Государь»? Пушкин — Николаю, да? Мало что все мои друзья, все мои студенты туда идут. А хорош же я буду преподаватель, профессор хорош я, если все мои студенты туда идут, а я — нет, да? Это называется дезертирством. Поэтому, прекрасно понимая тщетность этого мероприятия, как последний идиот, я завтра вот здесь пройду Еромалаевским переулком и выйду на Тверскую. Это диктуется понятием чести, да? А мне через неделю в Штаты уезжать. Поэтому мне очень важно как-то не нагадить себе никак в эту последнюю неделю. Я вас не призываю туда идти. И боже вас упаси туда идти, и вообще вам — детям — там делать совершенно нечего. Но у нас — взрослых — бывают вот такие вот… Понимаете? Взрослым быть, конечно, очень хорошо. Т.е. можно жрать, что хочешь, там ложится спать с кем хочешь и когда хочешь. Но иногда надо вот ходить на Тверскую. [смеётся]

<...>

Значит, давайте к завтрашнему дню, если я вернусь живым на лекцию о «Чистом понедельнике»… Вы себе не представляете с каким подъёмом, с каким воодушевлением я буду её читать, если меня не схватят на Тверской. Вы не вздумайте туда ходить. Потому что я заинтересован в том, чтобы аудитория присутствовала в полном составе, да? И не отмутуженная, да? Значит, к следующему разу каждый приносит мне по две темы. <...>


фрагмент лекции Дмитрия Быкова «Про Карлсона» (для детей с родителями) от 26 марта 2017 года:

<...> Если вам всё понятно, то я пошёл на Тверскую низводить и курощать. Вам я этого не желаю. Не участвуйте в этом. Хотя вы можете увидеть много интере… <...>


фрагмент лекции Дмитрия быкова «Открытый урок: Иван Бунин «Чистый понедельник»» от 26 марта 2017 года:

<...> Ну что, вас сегодня меньше, чем вчера. Видимо, многие задержаны. Сам я, честно вам скажу, очень надеялся, что меня повинтят во время этой прогулки, потому что тем самым я: а) приобрету мировую славу, и б) избегну необходимости говорить о рассказе «Чистый понедельник».

<...>

И, кстати говоря, идея ответственности, она настолько пронизывает модернизм, что модернистский художник должен вести себя сообразно тому, что он пишет. Он… Вот почему я, собственно, как идиот, пошёл сегодня гулять по Тверской, чего мне совершенно не хочется. Я написал стихи, что надо туда пойти, и в результате я туда пошёл и там гулял. Хотя мне очень не хотелось. Это жизнетворчество. Вот модернизм имеет в своей основе принцип жизнетворчества, когда человек живёт так, как пишет. <...>


фрагмент лекции Дмитрия Быкова «Геннадий Шпаликов. Недолгая счастливая жизнь» от 26 марта 2017 года:

<...> Спасибо. Здравствуйте. Я очень рад вас всех видеть. Рад вас видеть на свободе. И рад, что так нас сегодня сравнительно легко как-то отпустили. Не тронули. Уже мы благодарны и за то, что можем спокойно в воскресный весенний день прогуляться по Тверской. Надеюсь, что прав у нас будет всё больше. <...>
«в каждом заборе должна быть дырка» (с)

проект
СТО ЛЕКЦИЙ С ДМИТРИЕМ БЫКОВЫМ

лекция №79
АЛЕКСАНДР СОЛЖЕНИЦЫН «АРХИПЕЛАГ ГУЛАГ» (1974 год)

аудио (.mp3)

Тайна страны, которая добровольно отдалась в лапы мяснику. В цикле «Ста лекций» — 1974 год и главная книга Александра Солженицына «Архипелаг ГУЛАГ». Книга подробно описывает СССР при Сталине и рассказывает о тайной полиции, лагерях и лагерных нравах, о Лубянке и ее тайных тюрьмах, о стукачах и осведомителях, о суках и сучьих войнах, о лагерных восстаниях. Дмитрий Быков объяснил почему это произведение стало для Солженицына главным и наиболее значительным, хотя сам он так не считал.

Проект Дмитрия Быкова «Сто лекций» на Дожде. Вся история XX века в сотне литературных шедевров. Один год — одна книга. И одна лекция.

все лекции на одной страничке

стенограмма лекции...Collapse )
ИМЯ ДЛЯ ВРАГА

Из Навального решили сделать Гитлера — идея, блестяще иллюстрирующая солженицынский тезис о предреволюционной воронке: каждый шаг все хуже. Этот план чудовищен по многим причинам. Во‑первых, он доказывает, что за тридцать лет постсоветской истории (почти двадцать из них путинские) не появилось новых побед и новых мифов. Да и в советской истории их почти не было. Разве что космос, но как сюда приткнешь Навального? Сколько можно скрести по дну, приплетая Победу?

Вторая проблема, однако, еще серьезней: любая сила, которая придет на смену Путину, вынуждена будет разгребать горы отложенных, запущенных, а то и попросту созданных на пустом месте проблем. Следующей российской власти придется говорить об этих проблемах вслух — а значит, разрушать моральный комфорт миллионов телезрителей. Правду сказать, телезрители и сами уже проснулись, потому что есть-то хочется, да и скучно смотреть одни и те же сны, вдобавок неизобретательно смонтированные и плохо озвученные. Но реальность может оказаться шоком даже для оппозиции — потому что все гораздо хуже, чем говорит Навальный. Нам из путинской России многого не видно, а со стороны открываются дивные картины: ни одна российская власть не привлекала к себе в союзники столько героев российской истории, в диапазоне от Суворова до Пушкина, и ни одна власть так не компрометировала их. Нам придется всю историю, культуру, мифологию отстраивать едва ли не с фундамента, и непонятно еще, что будет с религией; дай Бог, обойтись без разрушения храмов. То, что вся сегодняшняя российская катастрофа, уже осознаваемая большинством, пока не вызывает массового буйства, а только тихую депрессию, можно объяснить не столько пропагандой, сколько общей анемичностью нашего общества, уставшего от потрясений и отупевшего от страха. И Путин держится сегодня не на массовом энтузиазме, не на вставании с колен, не на вере в его удачливость или сверхъестествепнные способности (кампания против Навального как раз и показывает, что никакого интеллектуального ресурса у системы больше нет). Рейтинг Путина строится, так сказать, от противного: если не он — то опять девяностые. Если не его умеренный авторитаризм, то Гитлер, нацисты, радикалы, экстремисты, пятая колонна, братки с битами, бандиты с «калашниковыми», разруха, восемнадцатый год, военный коммунизм. В принципе это классическая риторика больного, который боится спасительной операции и надеется, что как-нибудь рассосется. На этом страхе и делают себе деньги разнообразные народные целители, которые пилят бюджет больного и нахваливают его могучий организм. Между тем вовсе не факт, что операция спасет — потому что ее откладывали слишком долго; когда еще можно было обойтись паллиативными мерами — швыряли в застенок тех, кто предлагал эти паллиативные меры во времена Болотной. Теперь любого, кто еще берется спасти положение, подставляясь под неизбежные упреки и колоссальную ответственность, объявляют врачом-убийцей: смотрите, у него и друзья неприятные, и жена сомнительная, и вообще он какой-то ариец с виду… Вот фильм про Навального и вся кампания против него — как раз из этого жанра:

«Потерпи, может, обойдется», как говорил герой Шварца, пока его жену душили заговорщики.

Сработает ли эта кампания? Не сработает, и тоже по двум причинам. Во‑первых, сегодня нет такого креатива, который мог бы перешибить Навального. И не потому, что у Навального такие блестящие креативщики, а потому, что всякая борьба с ним теперь автоматически взвинчивает его рейтинг. У Навального есть не только идейная ненависть к этой власти, но из-за того, что делают с Олегом Навальным, глубокий личный мотив. Я уж не говорю о том, что антинавальная пропаганда повышает его узнаваемость и, в сущности, помогает ему распространять собственные взгляды. А во‑вторых, не надо было заниматься такой бездарной и безвкусной пропагандой в последние три года. Сегодня властям перестали верить даже тогда, когда они случайно говорят правду. В вину им сегодня ставят все провалы, включая снегопады в апреле. Тут уж, что называется, «Бирнамский лес пошел на вас». Все поражения власти — победы Навального. А чтобы поражения начались у Навального, ему надо сначала дать власть, иначе оппозиция так и будет на коне всякий раз, как конь под властью спотыкается.

А спотыкается он часто. Он устал.
«СМЕЯЛИСЬ ДЕВОЧКИ: ХИ-ХИ — ВЫСОЦКИЙ СТАЛ ПИСАТЬ СТИХИ»

Так получилось, что сегодня особенно активно российские СМИ вспоминают о Владимире Высоцком два раза в год. Летом в день его смерти и зимой — в день рождения Поэта и Актера.

«Ульяновская правда» нашла локальный повод поговорить о Владимире Семеновиче весной. Тем более что в спикерах-нюсмейкерах в марте-апреле в Ульяновске недостатка не было…


<...>

— Кстати, сегодня многие и часто задаются вопросом: «С кем был бы Высоцкий, доживи он до наших дней? По какую сторону баррикад находился бы?». Вы знаете ответ…

— Он точно не был бы с Говорухиным. Точно был бы с Навальным. Я очень подружился в последние годы с оппозиционным российским журналистом и литератором Дмитрием Быковым. Смотрю на него и неуловимо вижу черты характера Володи. Недавно даже пошутил: «Дима, ты для меня — реинкарнация Высоцкого».

<...>

Беседовал Евгений Вяхирев
This page was loaded Apr 30th 2017, 3:14 am GMT.