СОЙТИ С УМА

    Пока пишешь - представляешь себе гипотетического читателя, умного, видящего то же, что и ты. Не обязательно совпадающего с тобой по мировоззрению, нет, пусть он не соглашается, но пусть хотя бы понимает, о чем речь.
   Такой читатель есть. На каждой ярмарке ты его встречаешь, старого или нового, но старый выглядит все хуже - бедней, неустроенней, депрессивней, - а новый в своем поколении чувствует себя чужаком, если не изгоем. Да и сам ты, на взгляд этого читателя, не улучшаешься, то есть пишешь, может быть, и не хуже, но все меньше веришь в возможность перемен и почти не можешь предложить ни утешения, ни перспектив.
   Почему в современной России не может случиться никаких масштабных перемен? Почему все перемены поведут лишь к распаду, а может, им и ограничатся? Ведь в пресловутом семнадцатом году, который теперь вспоминают все чаще, у большевиков и их союзников среди интеллигенции был какой-никакой проект, и в смысле интеллектуального ресурса ленинское правительство было чуть ли не лучшим в России. Сегодня я не представляю в России никакой позитивной программы и ни одного сколько-нибудь серьезного интеллек-туального правительства: людей элементарно не наберется. Все чаще сталкиваешься с тем, что тексты твои падают в пустоту, а раздражают людей не содержанием, а именно трудностью. Я ведь не Бог весть какой интеллектуал, у меня нет на этот счет никаких иллюзий, - но плоское сознание большинства сегодняшних россиян отказывается воспринимать все сколько-нибудь неоднозначное. Либеральные идиоты считают соглашателями всех, кто не кричит через слово "Долой кровавого Путина". Консервативные идиоты повсюду видят руку коварного зарубежа. Нейтральные идиоты радостно рассказывают о том, как им хорошо без великих идей, как они не нуждаются ни в каких потрясениях и как прекрасно вообще любить семью, а по воскресеньям ездить в большие магазины. Есть идиоты, повторяющие мантру о том, что государство - некоторое количество нанятых менеджеров, что ему не нужна никакая идея и что задача его - обеспечивать "достойную жизнь", причем в понятие "достойная жизнь" входят все те же магазины и Анталья. Есть агрессивные идиоты, ненавидящие моск-вичей, евреев, кавказцев и все остальные изрядно надоевшие предлоги для ненависти. Есть, наконец, идиоты, которым вообще ничего не надо и которые составляют едва ли не подавляющее большинство. И я категорически отказываюсь понимать, кому в этом обществе вообще нужны перемены - и кому нужно само это общество.
   Давайте согласимся с тем, что всякая страна исчерпывает свой ресурс. Когда-то Россия была Богу интересна, когда-то он с ней возился и даже спасал. Но бывает и так, что Бог отворачивается - он помнит, конечно, о сотне-другой праведников и помогает им, но судьба территории в целом становится ему безразлична. Потенциал любой страны -промышленный, эстетичес-кий, религиозный - зависит только от количества умных людей, проживающих на ее территории. Другого критерия нет. Но Россия, на беду свою, умных попросту истребила: их нет, и взяться неоткуда. Их истребляла сначала царская власть, потом большевики, которые от поиска союзников среди интеллигенции очень быстро перешли к выявлению и ликвидации недовольных; потом интеллектуалы были разогнаны по профессиональным нишам, ибо любой умник, не занятый не-прерывным решением прикладных задач, начинал задумываться о смыслах, а это не приветствовалось. Затем явилась перестройка и последующие двадцать лет, ко-гда умные либо разъезжались, либо вытеснялись из всех сфер, включая профессиональные. Сегодняшняя Россия являет собою царст-во дураков, главной целью которых является поиск но-вых предлогов для самодовольства: никаких целей, кроме этого самоублажения, давно нет. А умный постоянно задает себе один и тот же вопрос: зачем я? Может быть, правильней быть питекантропом?
   И действительно, на данной территории это сегодня в самом деле правильней, ибо вектор ее движения - вниз. Так бывает.
   А интеллект остается роскошью для тех немногих, кто принципиально любит плыть против течения. Но никто не обещал, что это будет весело, а главное, что от этого будет хоть какой-нибудь толк.