?

Log in

No account? Create an account
Дмитрий Львович Быков, писатель
"Хоть он и не сам ведет ЖЖ, но ведь кому-то поручил им заниматься?" (c)
February 15th, 2019 
berlin


Дмитрий Быков: презентация книги «Бремя чёрных» (поэтический вечер)
Клуб любителей авторской песни и поэзии «Кактус»
// University of California San Diego, La Jolla, CA, 26 января 2019 года

Один // "Эхо Москвы" // 15 февраля 2019 года

Один // "Эхо Москвы" // 15 февраля 2019
berlin
беседа Дмитрия Быкова с Ильёй Хржановским
// «Citizen K», №2(8), лето 2009 года:




комментарий Дмитрия Быкова к ивенту «ВСТРЕЧА С ИЛЬЕЙ ХРЖАНОВСКИМ» (10.03.2011)
// «Facebook», 9 марта 2011 года:


Дмитрий Львович Быков: Дорогой и любимый Миша! Сам быть, к сожалению, не смогу из-за эфиров, но от "Собеседника" придет Лера Жарова. Как ей аккредитоваться? Или вы ее внесете в список? Ваш ДБ

Mikhail Ratgauz: Дима, уже внес! Но мне надо еще поговорить с Ильей по поводу всей прессы... Вдруг он против. Чуть попозже еще напишу

Дмитрий Львович Быков: Если он не хочет, чтобы его цитировали, -- цитировать не будем. Просто напишем о том, что была такая встреча и что картина будет закончена тогда-то.


фрагмент беседы Дмитрия Быкова с Фёдором Бондарчуком
Фёдор Бондарчук: «В ближайшие 10 лет лицо планеты так изменится, что смешно будет вспоминать сегодняшние беспокойства»
// «Собеседник», №41, 2 ноября 2013 года:


— У вас была большая декорация для картины? Действительно почти город?

— Действительно. Его построил художник Сергей Иванов, работавший, кстати, на последних картинах Сергея Соловьева и еще на «Стране глухих» у Валеры Тодоровского. Это, может быть, не самый громкий человек по части саморекламы, но выдающийся профессионал. И у меня была даже идея декорацию эту не разрушать, чтобы она и дальше жила, превратилась в музей, может быть... Мы вступаем, по-моему, в новую эру кино — когда фильм перестает быть самоцелью. Вот возьмите Германа, «Трудно быть богом». Представить невозможно, что Герман десять лет его снимал, еще пять озвучивал и монтировал — и теперь это просто киносеанс, куда люди заходят и спокойно смотрят... Нет, это должен быть перфоманс, должен быть кинотеатр-музей, где эта картина идет нон-стоп, а рядом материалы о том, как она делалась. Я думаю, первым в этой области будет Илья Хржановский, который снял «Дау» и для этого построил отдельный гигантский институт в Харькове.


Дмитрий Быков «Синдром»
// «Русский пионер», №1(61), февраль 2016 года:


<...> была программа «Ровесники» — для старшеклассников. Она отвечала на вопросы о смысле жизни, делала интервью с замечательными людьми и рассказывала о наших продвинутых сверстниках, чего-то в чем-то добившихся. Там много было советского наива, но передача была не самоцелью — как фильм Ильи Хржановского «Дау» давно уже никому не важен, а важен процесс его создания, строительство гигантского острова советской жизни в Харькове, вовлечение тысяч людей в интересную и с виду совершенно абсурдную деятельность. Вот у нас был Совет «Ровесников» <...>


Дмитрий Быков «Времена величия»
// «Панорама ТВ» (vk.com/newspanoramatv), 12 июля 2017 года:


<...> Вот Илья Хржановский больше десяти лет снимал свой киноэпос «Дау» — тринадцать больших и разных картин вместо задуманного трехчасового байопика. Я уже видел что-то из законченного и считаю это великим кино, но не в моем мнении дело, и качество кино тут тоже ни при чем. Мы живем во времена великого смешения критериев — и даже, пожалуй, их утраты. Но масштаб самопожертвования, абсолютная честность и максимализм требований к себе — все это впечатляет. <...>


Read more...Collapse )

Владимир Сорокин // «The Insider», 14 февраля 2019 года:

Владимир Сорокин: «Перформанс «Дау» удался, Постсовок вставил Совку. Но я предпочитаю кино»

На этой неделе в Париже завершается премьерный показ фильма-хэппенинга «Дау», снятого Ильей Хржановским по мотивам биографии Льва Ландау. Изначально планировалось, что фильм будет снят по сценарию Владимира Сорокина, но режиссер изменил концепцию и превратил съемки фильма в хэппенинг, длящийся несколько лет, в течение которых актеры жили на съемочной площадке (в «Институте») под постоянным наблюдением камер. В итоге получилось 13 фильмов и ряд сериалов, смонтированных из 700 часов отснятого на 35 мм киноматериала. Владимир Сорокин посмотрел один из фильмов и поделился с The Insider своими впечатлениями.

Все начиналось с «нормального» кинопроекта, истории советского физика Ландау на фоне декораций ХХ века. Фигура была вполне знаковая для века и кинематографичная, поэтому Илья и обратил на нее внимание. Мне было интересно. Забавно, что в институте нам читал физику ученик Ландау, который пытался по-своему копировать гротескную манеру поведения своего учителя. Увы, он был еще и алкоголиком, приходил иногда совершенно пьяный на лекции. Потом его выгнали. Я написал, на мой взгляд, вполне приличный сценарий про гениального физика-фрика Дау и окружающий его сумасшедший ХХ век. Даже пришлось кое-что вспомнить из курса физики. Но Илья уже тогда уходил от кинематографа в социальную антропологию, это началась со второй части нашего фильма «4», когда старухи из деревни Шутилово забрались к нему в душу. Он стал просить что-то переделывать в сценарии, это было несколько раз, но на каком-то этапе я перестал понимать, что он, собственно, хочет. Спросил: Илья, объясните, что вы хотите? Он ответил: я хочу, чтобы там было вот, ну это, как бы… вообще ВСЁ! Тогда я сказал: Илья, это не ко мне. ВСЁ — я не могу. На том и расстались.

Read more...Collapse )
berlin
рубрика «Персона»

Николай Злобин: Великая Россия, которую мы знали, — сейчас на пенсии

Николай Злобин — русско-американский политолог, который проводит примерно половину своего времени в России и участвует в местных идеологических ток-шоу (сейчас уже только в соловьевских). И на этом — а также на членстве в Валдайском клубе и словесных пикировках с Путиным — основана его российская слава.

Но он еще и автор весьма серьезных англоязычных книг, и историк, к которому прислушиваются, и вообще выглядит странным исключением на фоне российских публичных интеллектуалов. Достаточно сказать, что когда наше совместное фото появилось в фейсбуке, половина комментариев была адресована ему, а половина мне. Но комментарии были одинковые: как же вы... вот с этим?!

Кажется, это оптимальный результат. Ниже можно прочесть, «как мы вот с этим».


«Время государства прошло. Мафия, вперед!»

— Прежде всего расскажи, что будет с Венесуэлой? Такое ощущение, что Мадуро удержался.

— Он удержался сейчас. Но американцы ведь чем хороши (или плохи): они очень упертые, цепкие. Если во что-то вцепились, будут долбить и долбить. Я думаю, что они приступают к долгосрочным планам насчет Венесуэлы и поглощения Мадуро.

И что интересно (в России, кстати, это игнорируют): Трамп в этой ситуации повел себя как суперглобалист. Он два года формировал образ национального эгоиста: к черту Европу, к черту все договоренности. И вдруг — такой резкий поворот. Трамп вообще, мне кажется, все больше и больше становится типичным американским президентом. Система, которую построили отцы-основатели, надо отдать ей должное, всех обтачивает и приводит в мейнстрим. Поэтому в Венесуэле он действует как типичный американский президент.

— Где грань между реальным восстанием народа и внешним манипулированием?

— Грани нет. Этот вопрос относится и к Украине. К российской политике в Украине в том числе. И эта российская политика, к слову, была бездарной: Украину, я убежден, потеряли не в 2014 году, а в предыдущие 25 лет.

Потому что у России, лично у Путина, — принцип: работать только с властями. А работать надо со всем политическим спектром, что Штаты, в частности, и делают, в том числе в Венесуэле. В международном праве нет никаких обязательств государства признавать кого-то конкретно в качестве президента другой страны — можно признать кого угодно. Здесь, строго говоря, американцы воспользовались этим правом. И это не в первый раз в мировой истории происходит, и Советский Союз тоже этим грешил.

— Но хоть что-то для свободы они делают?

— Я, честно говоря, не верю в демократию в Латинской Америке в обозримом будущем.

— То есть Гуайдо, Мадуро — не важно?

— Я думаю, вот там точно есть то, что называется deep state. Некая твердая внутренняя структура, не особенно заметная на поверхности, но определяющая все. Тут Трамп все говорит, что сталкивается с этим в Штатах, но в Латинской Америке оно куда сильней. Это связано с трафиком и наркотическим, и человеческим. Кто стоит во главе страны — совершенно неважно. Важно, насколько ему удается сохранить хорошие отношения с этим самым deep state. Тут все говорят, что армия важна для Мадуро. Я думаю, что армия все-таки вторична, а главное — эти параллельные структуры.

— То есть мафиозные?

Read more...Collapse )

Anton Grushichev: Правда, что Быков не записывает интервью, а запоминает их??
Nikolai Zlobin: Нет, записывает ))

отсюда
This page was loaded Sep 19th 2019, 9:10 pm GMT.