?

Log in

No account? Create an account
Дмитрий Львович Быков, писатель
"Хоть он и не сам ведет ЖЖ, но ведь кому-то поручил им заниматься?" (c)
April 26th, 2019 
berlin
«Если уж говорить о Дмитрии Львовиче Быкове» ©

ДМИТРИЙ БЫКОВ: ГИПНОЗ СТРАШНОГО


Дмитрий Быков всегда хотел быть Гарри Поттером. Мальчиком, который выжил. Не уверен, что он бы стал ломать и выкидывать бузинную палочку. Не исключено, что пошел бы с ней осчастливливать бренный мир и делать его лучше по собственному разумению, исправлять «идиотизм».

У него особые отношения с вечностью, райские кущи которой манят писателя больше всего на свете. Он всегда хотел заглянуть туда, заселфиться с вечностью. Но заглянув, возможно, увидел все ту же темную и пустую баню с пауками…

Все дело в том, что на пути в вечность встает погранзастава России. Ее никак не обойти, не перескочить, но можно попытаться отменить, перечеркнуть, хотя бы для себя. Пока же писатель Дмитрий Быков мается в юдоли скорби и печали. Россия для него — смерть, которую он страшится и ненавидит, потому как взыскует бессмертия, понятно, что через собственные тексты. Современная Россия для него — обреченность на финал и на то, что личные претензии на вечность, скажем так, тут не будут завизированы. Таможня не даст на них добро.

Вот поэтому, очнувшись, Быков тут же сделал свой шаг — он отменил. Стал обличать «ничтожность», «идейную нищету» и компилятивность русской идеи. Выпятил себя нигилистом российского настоящего и яростно проклинать его «как пример подлости и постыдного идиотизма».

Подлость… подлость. Ну да, видимо, мир, в котором он по недоразумению живет, не соответствует быковскому масштабу. Как не вознегодовать?..

Возникает закономерный вопрос: почему, собственно, так, за что проклятия? Вспоминается недавняя спецоперация по спасению… Но нет - никакой благодарности. Все подлое, а он над этим, но за пророка тут не держат. Беда! Отсюда гнев, отсюда ярость, вот и до Бродского невзначай мостик проложил, его тоже до поры не сильно ценили, даже Архангельскую область ссылали.

Он будет биться, он берет копье и метает гневные стрелы. Он саму «смерть» вызывает на бой, он вызывает на бой Россию, которую ради вечности необходимо отменить. Развеять «гипноз страшного слова «родина»», от которого Быков чувствует замогильный холод. Но… мальчик на палочке верхом, который воображает себя гарцующим на лошади.

Также он воображает и отечественную цивилизацию, мягко говоря, своеобразно. Будто через калейдоскоп на нее смотрит. Реальной картинки никакой, а только на свету хаотично перемещаются разноцветные стеклышки и вместе с отражениями создают какой-никакой узор. Вот тот же его аллерген — русская идея - она ведь не формула, не список источников и не искусственное дыхание. Не фэнтези.

Можно определить все это и как горе от ума. Когда огромный объем информации и таланты после определенной планки давно уже не переходят в качество, а, наоборот, в силу личных претензий в декаданс. Дмитрий Быков не идет с открытым сердцем к миру, а будто сознательно отгораживается от него, создавая различные мыслительные конструкции-франкенштейны — его «быкования». Он даже в скандале был утомлен, опустошен, без горящих глазок, будто сам и вполне сознательно забирался в кому подальше от повсеместного идиотизма. Уже и его «Июнь» был книгой уставшего, жутко разочаровавшегося во всем человека, но жаждущего поколотить везде посуду. Ох уж эта невыносимая гнусность бытия…

Выйдя из медикаментозного сна, Дмитрий Быков не только не вложил свой меч в ножны, но и заговорил интонацией пророка и гуру, которую всем прочим надлежит воспринимать с глубоким почтением. Интонация эта всегда у него была, но в разряде контрабандного товара - радикально-черный цвет. Теперь же он вроде как заслужил ее. Переродился, но не преобразился. В Страстную седмицу заявился пощечиной общественному вкусу, мол, кидайте теперь в меня камни. Распните меня!

Что его «быкования» о Великой войне, о русской идее, о Родине?! Он хочет, чтобы мир его проклял, забросал камнями. Чтобы увидел в нем проклятого поэта, пророка и написал об этом на скрижалях вечности.

Но нет… перед нами только тень. Массивная, грузная, но тень, пытающаяся имитировать шаги пророка по собственному надуманному лабиринту. Внутренне он страшится, что уже где-то за углом его ждет Минотавр, и этот разрастающийся патологический страх диктует желание, чтобы все вокруг рухнуло в тартарары.

Многое о чем говорит Дмитрий Быков, давно уже не стоит воспринимать за чистую монету. Никто же не верит в реальность фэнтези. Это его глубоко личное, его интимный разговор и не надо мешать писателю быть наедине с собой. Вы же видите, что все прочее его раздражает. Оставьте уже Быкова в покое. Пусть будет своей идиллической пустоте, здесь все вопли и тошнота - человеку плохо. Не мешайте ему видеть сны, да хоть и кошмары, ему нравится. Пусть себе на земляном полу в свое темной бане чертит иероглифы лабиринта и идет по ним шагами пророка. Оставьте писателя наедине с собой, ведь даже взглянув в вечность, он ничего там не понял и не увидел кроме собственного страха.

опубликовано в «Свободной прессе» 29-го апреля 2019 года

«Вот, собственно, и всё, что я хотел сказать о Дмитрии Львовиче» ©
berlin
Быков, который Дмитрий, был отравлен?

Быков, который Дмитрий, утверждает сейчас, что его госпитализация — бессознанка и прочее — были следствием отравления.

Сам случайно что-то нехорошее съел или отравили, в сообщениях СМИ не указывают.

У меня вот в 2016 была операция в марте — успешно выкачали огромную гематому в мозге между полушариями.

Какой-то опыт в области нейрохирургии таким образом у меня есть. По моему мнению отравление должно в первую очередь действовать на желудок. В случае Быкова вроде не было у него проблем с желудком.

Так что Быков говорит — он говорит, но так ли это.

Быть отравленным, конечно же, почётнее в нашем обществе, чем просто впасть в кому (Кстати там непонятка с этой комой: то ли Быков сам впал в кому, то ли его ввели в искусственную, медикаментозную кому), но хорошо бы знать что там у него было. Нам было бы сподручнее ориентироваться в мире.
berlin



Tatiana Zaitseva («Facebook», 23.04.2019):

«Но дьявол — великий обманщик, и получается у них великий пуфф: зловонное облако, гниль и черепки. Не все можно оправдать именем Родины. Гипноз страшного слова «родина» пора бы уже, кажется, развеять. Человек не выбирает место рождения и ничем не отвечает за него. Всем известна фраза о том, что когда государству надо провернуть очередные темные делишки, оно предпочитает называть себя родиной. Но место рождения — не более, чем область трогательных воспоминаний. Родина не бывает вечно права. Гипноз родины пора сбросить. Огромное количество людей мыслящих, порядочных, честных и свободных, не связывает с этой территорией ничего. Не следует кричать им «валите», потому что где хотим — там и живем, и разделять ценности паханов, орущих громче всех, мы совершенно не обязаны, даже если живем внутри паханата. Слишком интимная близость родины и даже самоотождествление с ней опасны — можно заразиться безвкусием, апологией масштабов, как это случилось с многими большими поэтами, не станем называть их. Ресентимент, конечно, сильное чувство, но Ницше первым написал, что это чувство рабское. Сегодня любить родину, значит ни в коем случае не отождествлять себя с ней, и подавно с властью творящей новые и новые мерзости. И добро бы, это были бы мерзости масштабные, но ведь это кусьба из подворотни». Дмитрий Львович Быков


из комментариев:

Александр Климов: ДРАМА ДМТИРИЯ БЫКОВА***** Поэт выходит на тропу войны. Утех ему не надо больше плотских. Кошмарные его тревожат сны. И хочет он быть сосланным — как Бродский.****** Чекистской пули хочется ему. Он жаждет, жаждет драмы Мандельштама. Но не сажает Родина в тюрьму. А в текстах появилось много штампов.****** — Стреляй же в меня, Родина, стреляй! Убей же величайшего поэта! ...Но торт роскошный на столе, коньяк. И он опять обязан жрать все это.

Tatiana Zaitseva: Он в ночьном эфире сегодня из больницы вещал. Сказал, что его отравили.

Дмитрий Львович Быков: Tatiana Zaitseva Таня, зачем врать? Все же слышали, что я сказал в ночном эфире. Вы получаете извращенное наслаждение от лжи? Но тогда с этим надо бороться.

Tatiana Zaitseva: Дмитрий Львович Быков ну зачем же. К слову, я молилась за Вас, будучи атеистом.) Эфир слушала с замиранием сердца, Дмитрий Быков: «Я точно знаю, что причина моего отравления — а это было отравление — не установлена».

Дмитрий Львович Быков: Tatiana Zaitseva вот именно. Не установлена. Я не говорил, что меня отравили. Такой скачок давления мог быть результатом инфекции. Да и вообще, есть такое славное понятие, как врачебная тайна. Одно могу сказать — алкоголя и наркотиков я не употреблял, и в крови они не выЯвлены.

Tatiana Zaitseva: Дмитрий Львович Быков простите меня. Слава Богу, Вы живы здоровы. Без Вашего «Один», не живу. И да, я больше не атеист.) Храни Вас Бог!


ПСС Дмитрия Львовича Быкова в Facebook'е

Дмитрий Быков в программе ОДИН (200-й выпуск)
// "Эхо Москвы", 26 апреля 2019 года

Дмитрий Быков в программе ОДИН (200-й выпуск)
// "Эхо Москвы", 26 апреля 2019 года
berlin
Дмитрий Быков: если бы за моим отравлением стоял злой умысел, его бы сумели довести до конца

Дмитрий Быков прокомментировал Business FM версию о своем отравлении, которую сам же и озвучил ранее в эфире «Эха Москвы» в своей авторской программе, записанной из больницы.

В ней он неожиданно заявил, что причиной его госпитализации было отравление, и рассказал, что потерял сознание в самолете по пути из Екатеринбурга в Уфу, при том что у него нет ни диабета, ни гипертонии, он не употребляет алкоголь или наркотические вещества.

Многие тут же восприняли это сообщение как версию о покушении на писателя либеральных взглядов. Но сам Быков не настаивает на ней и в полицию обращаться не будет.

Дмитрий Быков, писатель, журналист:

«Если бы это был злой умысел, я думаю, вряд ли бы мне дали самолет, и уж во всяком случае его сумели бы довести до конца. Я настолько плохо о своих противниках не думаю. Я думаю, это могла быть или инфекция, или пищевое отравление, или, в конце концов, какой-то непредсказуемый скачок давления. Такие вещи бывают, но никаких злоумышленников я здесь просто не успел увидеть. И уж, конечно, слухи о том, что я был отравлен какими-то веществами, ни алкоголя, ни наркотиков во мне не нашли абсолютно. Я их и не употребляю, в принципе».

О госпитализации Дмитрия Быкова стало известно 17 апреля. Здоровьем писателя занималась лично министр здравоохранения Вероника Скворцова. В Уфу по ее указанию вылетела группа специалистов из госпиталя Бурденко. Состояние Быкова оценивали как тяжелое, его ввели в медикаментозную кому и подключили к аппарату искусственной вентиляции легких. 18 апреля писателя перевезли в Москву, 21 апреля он пришел в сознание.
berlin
Быков не будет обращаться в полицию связи со своим отравлением

Писатель и журналист Дмитрий Быков не будет обращаться в полицию в связи со своим отравлением, в результате которого он был госпитализирован в Уфе в тяжелом состоянии.

"Ровно то, что я знаю, я и сказал. Я съел что-то не то, что запустило неправильную реакцию. А кто мне в этом помог или это был мой личный выбор, я сказать не могу, это будут исследовать врачи", — сказал Быков "Интерфаксу" в пятницу.

"Никуда я не буду обращаться", — добавил он в ответ на вопрос, будет ли обращаться в правоохранительные органы для выяснения обстоятельств.

"Я думаю, что если бы меня хотели отравить, то меня бы отравили. И уж во всяком случае, не стали бы отправлять самолетом в Бурденко", — сказал писатель.

Read more...Collapse )
berlin
Дмитрий Быков считает, что его отравление не связано со злым умыслом

Писатель полагает, что это было «или пищевое отравление, или инфекция»;.

Писатель Дмитрий Быков считает, что резкое ухудшение состояния его здоровья было связано с отравлением, вызванным или пищей, или инфекцией, при этом он исключает злой умысел. Об этом он в пятницу рассказал корреспонденту ТАСС.

Ранее в своей авторской программе «Один» на «Эхе Москвы» он высказал мнение, что к его госпитализации в Уфе могло привести отравление.

«Я думаю, что меня выпишут в ближайшие дни. Когда человек говорит, что он чем-то отравился, это не значит, что его обязательно кто-то отравил»,— сказал Быков. Отвечая на вопрос, могло ли быть отравление умышленным, Быков ответил отрицательно.

«Я так не думаю. Если бы они хотели меня отравить, они бы смогли это сделать. И уж точно не захотели бы мне организовывать самолет в Бурденко,— поделился он.— Я думаю, это или пищевое отравление, или инфекция, врачи этого тоже не исключают. Человек может или съесть какую-то дрянь, или воздушно-капельным путем ее подцепить, но видеть здесь какие-то злодейские замыслы я никак не могу».

Быков также рассказал, что чувствует себя очень весело и легко. «Пожалуй, давно не чувствовал такой радости от работы, а вот ходить еще трудно — меня пошатывает»,— сказал он.
berlin
«Если уж говорить о Дмитрии Львовиче Быкове» ©

Быков отравился плавленым сырком. И оказался на «стороне Бога»

Последнюю неделю разговоров только о Дмитрии Быкове.


Быков летел с лекцией про русский анекдот в Уфу, Быков потерял сознание в самолете, Быков экстренно госпитализирован, Быкова ввели в искусственную кому, сама Скворцова стоит на ушах, народ волнуется, народ безмолвствует, народ не злорадствует (ну, разве что Лимонов не сдержался), народ желает выздоровления, Быкова перевезли в Москву, Быков вышел из комы, Быков говорит, Быков приступил к работе, Быков пояснил ситуацию.

На «Эхе Москвы».

Если коротенько — отравился, но непонятно чем. Причина неизвестна.

Прекрасная словесная вязь — какой он все-таки талантливый, этот Быков. Великолепные обороты — и про то, что «диабет считается унизительной буржуазной болезнью», и что «не было алкогольных излишеств, которые стали подозревать наиболее простые сердца». Простые сердца! Супер.

И «Бог есть, и он занимается, преимущественно, украшением мира». А какой чудесный, литературный рассказ о блуждании по коридорам медикаментозной комы, где встретился с удивительным человечком... Ой, нет, процитирую — просто я так красиво пересказать не смогу.

«Вот одним из самых ярких воспоминаний в этом путешествии между жизнью и смертью, в этом блуждании, был небольшой, примерно 40-летний с внешностью Дроссельмейера человек, который развешивал украшения посреди реанимации. Причем видеть зал этой реанимации я не мог, я был еще под наркозом. Он в этом помещении развешивал золотистые ягоды и раскладывал невероятной красоты с арбуз величиной вкуснейшие сливы. А мне он протянул то, чего мне больше всего хотелось — стакан мокрой черной кислой свежей смородины».

А потом, находясь в коме, Быков читал стихи, помнит наизусть много стихов, по их строчкам и выбрался из тьмы.

Короче, прекрасный рассказ, поучительный, эффектный. И, кстати, я думаю — совершенно неважно, что именно случилось с Быковым. Может, отравился плавленым сырком, как в том бородатом анекдоте. Мое-то сердце — простое. И врожденный цинизм предполагает какие-то простые решения непростых ситуаций. Но, опять же повторюсь, совершенно неважно: что произошло с талантливым писателем, но не очень хорошим человеком — Дмитрием Быковым.

История эта не просто про болезнь Быкова, про историю чудесного исцеления и радостного возвращения в ряды активно функционирующих «окололитературных трутней». История эта про всех нас. Про то, что у меня была смутная гордость за ту часть общества, которую Быков, мягко говоря, недолюбливает. И много чего плохого о ней говорил и еще скажет. Я очень боялась, что ее яркие адепты начнут желать Быкову всех бед. А почему нет — вот ведь Верочка Полозкова, мятущаяся поэтесса, в свое время пожелала же Захару Прилепину, чтобы ему «отстрелили п....ю башку». В случае с Дмитрием — нет, не было такого. Может, кто-то плохо и думал, но все-таки зла не желал.

Наоборот, здоровья. Здоровье — это главное. И мы все — жители одной страны, пусть и ментально уже совершенно разные. Прошивка — разная. Родина — одна. И как-то мы должны все же быть вместе. Ведь все мы люди.

И Прилепин, и Быков, и Верочка, и Жириновский — мы все сложные организмы из живой крови, мышц и нервов, из знаний, чувств и переживаний. И дай Бог нам всем...

Как-то так вот думалось. Что болезнь Быкова — это всем нам урок и проверка. Которую мы, в общем-то, прошли.

И вот Быков выздоровел и окреп, и рассказывает сам о том, что произошло.

Больше всего меня удивило в рассказе, что Дмитрий Быков за время болезни убедился в том, что он на стороне Бога. Да, вот так прямо. Еще одна цитата.

«Ну, не могу сказать, что я радикально изменился. Просто у меня пока еще более-менее замедленная речь, но прелесть именно в том, что меня всегда ругали за ее ускоренность, поэтому сейчас, мне кажется, мы, наконец, достигли идеального темпа. Но прежней моя жизнь не будет в том смысле, что у меня случались моменты понятные — моменты метафизического сомнения, то есть я всегда знал, что Бог есть, но не всегда знал, что я на правильной стороне, что, может быть, я его достоин. А, может быть, ему, наоборот, нравятся суровые люди действия. Но то, что я увидел, меня убедило в том, что, в общем, я на правильной стороне. Поэтому прежним я не буду в одном — я не буду прислушиваться к глупым и злобным мелочам, к подтявкиваниям из подворотни и не буду больше сомневаться. Вот это меня чрезвычайно утешило.

Понимаете, быть на стороне Бога очень просто...
»

Вот это самое, пожалуй, потрясающее.

Видите ли, мы все, такие разные, и по степени таланта, и по политическим убеждениям, и по миллиону других моментов — и каждый считает, что именно он — на стороне Бога.

Что именно ему Бог протягивает руку в трудный момент, ведет замысловатыми тропками из черных лабиринтов к свету горнему. Ну, или хотя бы просто на апрельскую предпасхальную московскую улицу, где яркое солнце, и уже зацветают сирень и черемуха.

«Вот, собственно, и всё, что я хотел сказать о Дмитрии Львовиче» ©
berlin
Валерий ИсаянцПо лекции большинство предложений связано с тем, чтобы повторить екатеринбургскую лекцию об образе Христа в мировой прозе и о Страстях Христовых в мировой литературе. Она оказалась довольно скандальной. Ну как скандальной? Она вызвала много вопросов. Для меня самого мои выводы оказались довольно неожиданными. Я готов повторить и эту лекцию, потому что у нас пасхальная неделя.

<...>

Ну перейдем теперь к части нашего разговора, касающейся так называемой лекции, беседы о христианской прозе. Понимаете, было две причины, по которым в русской литературе (не столько даже в русской, сколько в мировой) одним из ключевых моментов сделался образ Христа. Это, конечно, и «Иуда Искариот» Леонида Андреева, это, конечно, «Евангелие от Иисуса» работы Сарамаго — по-моему, самое неудачное произведение. Это и сценарий — довольно занятный, но все-таки очень плоский — «Евангелие от Матфея» работы Пазолини. Это совершенно популяризаторское, мейлеровское «Евангелие от Сына Божия», это беседа старого софиста с Левием Матвеем в «Мастере и Маргарите», это и тема мастера в «Докторе Живаго». Ну и это, понятное дело, несколько выдающихся стихотворений в русской религиозной традиции. Было две причины, по которым это стало появляться.

<...>Collapse )

Знаете, какая вещь? Я сейчас посмотрел новый фильм «Кладбище домашних животных» по Кингу. Мне показалось, что это самая удачная экранизация их всех, которые были. Кинг даже в одной вещи отметился в камео. Но мне кажется, что «Кладбище домашних животных» (новый фильм) — это шедевр настоящий. Потому что там поймана довольно тонкая сентиментальная странная интонация, когда постепенно монстрами становятся они все. Монстр-девочка убила монстра-мать, вместе они убили отца. И они все втроем объединились и идут за младшим братом, Гейджем. Гейдж там гибнет последним. Потому что все-таки христианское перерождение немножко сродни уродству, немножко сродни болезни. Для того чтобы стать христианином, ты должен умереть для мира, ты должен стать уродом для мира. И вот братство христиан как братство уродов — это и смешно, и трогательно, и в этом есть какая-то новизна. Потому что мы действительно через что-то такое прошли. Через унизительное, мелкое, страшное. Через травлю, через посмертия, через изгойства, но в этом изгойстве мы братья, в этом отчаянии мы взаимно близки, и вот в этом наше будущее. В этом наша связь. Вот эта интонация, как хотите, она здесь поймана. Потому что церковь, она основана, уж конечно, не государственными чиновниками и, уж конечно, не Вараввами. Церковь основана умершими и воскресшими, а это не очень легкие люди. Просто они испытывают друг к другу [обрыв записи]


Модераторское: Дмитрий Львович, произошёл досадный технический сбой в записи этой лекции — она обрывается на полуслове. Можно вас попросить дописать её здесь в комментариях или как-то иначе, если у вас будет время и желание. Спасибо!
berlin
«В каждом заборе должна быть дырка» ©

Джоан РоулингДжоан Роулинг

1

Она обязательно получит Нобелевскую премию. Они нужны друг другу. Нобелевская премия неуклонно расширяет горизонты, обращает внимание на новые жанры, уже наградила документалистику и песню, скоро, я уверен, отметит и графический роман. Роулинг заслуживает того, чтобы её — сочинителя детской фантастики, то есть обитателя сразу двух гетто, — признали великим современным писателем. Собственно, дети — те, от кого зависит наше будущее, — её уже признали, да и продаётся она лучше, чем все современные сочинители бестселлеров; ни одна книга в мире ещё не распродавалась с такой скоростью, как последняя часть семилогии о Гарри Поттере, и ни один сценарий не вызывал такого ажиотажа, как «Фантастические твари». Но помимо кассового и массового успеха есть признание арбитров; и если оно осуществится в полной мере, Роулинг будет приятно.

Как-никак она главный писатель нашего времени, независимо от жанра и даже, вы не поверите, от художественного качества, хотя оно у неё в большом порядке. Она написала Евангелие XXI века, в очередной раз пересказав самый великий — и, замечу, самый читаемый, потому что он порождает сплошь бестселлеры, — миф мировой литературы. Но Роулинг добавила к этому мифу важные новые акценты, ибо всякий раз, возвращаясь к нему, человечество привносит коррективы, приспосабливая этот сюжет к эпохе. И то, что разглядела Роулинг, даёт нам для самопознания уникальные возможности.

Её биография — эталонная история успеха, словно её сочинял некто, заботящийся о наглядности. Как и Гарри Поттер, она родилась 31 июля (только на 15 лет раньше — в 1965 году). Её родители познакомились, когда им было по 18, — в поезде, и это тоже задаёт важный лейтмотив её судьбы. Они направлялись в Арброт с вокзала Кингс-Кросс, который впоследствии стал всемирно известным порталом в магический мир: с платформы 9 3/4 можно уехать в Хогвартс. По дороге Питер Джеймс Роулинг предложил озябшей Энн Волант своё пальто (вы не ошиблись, Волан де Морт унаследовал фамилию роулинговского деда по материнской линии, вполне приличного человека). Год спустя 19-летние родители Роулинг поженились (надо полагать, по залёту, как это у нас называется), родилась она, а два года спустя — её сестра Диана. Джо, как называли её родители (полным именем — Джоан, — только когда ругали), с детства сочиняла, много читала, предпочитая и в отрочестве литературу сказочную или фантастическую, на которую столь щедра британская словесность. Ещё её вдохновляла биография американской левой журналистки, антифашистки и одно время даже коммунистки Джессики Митфорд, в честь которой она даже назвала дочь; правду сказать, и сама Роулинг — человек весьма левых взглядов, сторонница и спонсор всякой социальной активности, и Гермиона Грейнджер — создательница правозащитной организации ГАВНЭ (Гражданская ассоциация восстановления независимости эльфов) — в этом смысле срисована с неё. В оригинале ассоциация называется SPEW — Society of the Promotion of Elfish Welfare. Страсть к подобным ироническим аббревиатурам применительно ко всяким левым затеям осталась у Роулинг по сей день — в «Смертельной белизне» против олимпиады в Лондоне возражает организация «ОТПОР», в которой, правда, очень неприятный лидер.

Впрочем, Роулинг утверждает, что есть у них и другие сходства — некоторое ботанство, в частности. Она не пользовалась в школе особой популярностью, но училась очень хорошо. При этом, как всякий нормальный подросток, она прошла рок-стадию и панк-стадию, о чём, не особенно стесняясь, рассказывает в интервью. Когда Роулинг было 15, её матери поставили диагноз «рассеянный склероз», с которым она прожила больше 10 лет, то добиваясь ремиссии, то снова теряя подвижность и речь. Вероятно, болезнь матери и ссора с отцом (с ним она теперь не общается) были главными факторами, повлиявшими впоследствии на атмосферу «Гарри Поттера», мрачноватую для детской саги.

Read more...Collapse )


ПОРТРЕТНАЯ ГАЛЕРЕЯ ДМИТРИЯ БЫКОВА | подшивка журнала в формате PDF
berlin
Дмитрий Быков рассказал о своем отравлении: отрыжки уже нет

«Я не настолько болезненный человек, чтобы меня в субботу вырвало, а в следующую пятницу была отрыжка»

Дмитрий Быков жив и здоров. Причину тяжелого состояния объяснил туманно: отравление.

Мы связалась с писателем, чтобы выяснить детали экстренной госпитализации. С первых слов стало понятно: Быков не очень обрадовался, что основанием для беседы послужила новость, связанная с его самочувствием.


— Дмитрий, не могли бы вы прояснить, что все-таки с вами случилось?

— Я понятия не имею, что произошло. Может, инфекция. Может, съел что-то. А вас почему это волнует? Мы с вами не знакомы.

— Вот сейчас и познакомимся.

— Вы мою книгу читали хоть одну?

— Я читала ваши публикации в СМИ.

— Если вы не читали ни одной моей книги, как же мы можем говорить о том, что я съел?

— Это разные вещи. Одно с другим никак не вяжется.

— Да, человек что-то съел, его рвало, он потерял сознание. Ничего удивительного.

— Удивительно, что вас ввели в медикаментозную кому.

— Вообще-то я интересен народу как писатель, а не как пациент.

— В данный момент народ больше интересуется вашим здоровьем…

— Вам ни один врач сейчас не скажет, что могло спровоцировать такую реакцию.

— Если это отравление, то какое-то необычное.

— Ничего необычного. Я вас сейчас удивлю: любой писатель испытывает те же симптомы отравления, что и читатель. Его рвет, повышается давление, иногда он теряет сознание…

— Как вы сейчас себя чувствуете?

— Сейчас я чувствую себя практически идеально, только слабость еще осталась. Но меня в данный момент гораздо больше интересует, как мне написать в номер о смерти Быстрицкой. А что я такое мог съесть неделю назад, меня уже совсем не волнует.

— Странно.

— А вас волнует?

— Меня бы на вашем месте сейчас больше волновало собственное здоровье, чем работа.

— Я уже действительно чувствую себя нормально. Знаете, я ведь не настолько болезненный человек, чтобы меня в субботу вырвало, а в следующую пятницу была отрыжка. Кстати, отрыжки тоже нет. Физически чувствую себя очень хорошо.

— Чем же вы могли отравиться?

— Не знаю, что это могло быть. Это выяснят врачи без меня. Меня сейчас уже выписывают.

— После выписки вы сразу сядете писать текст?

— А что еще делать? Я должен писать текст!

— В четверг у вас уже запланирован эфир на радиостанции?

— Если меня сегодня выпишут, я сразу поеду по делам. У меня нет никаких заработков, кроме литературных. Я должен содержать семью.

— Хоть вы и говорите, что отлично себя чувствуете, но голос у вас не бодрый...

— Это от того, что я рассчитывал поговорить с вами о моей литературе. А говорю о работе. И вы не читали мои книжки — меня это так мучительно огорчает, вы даже не представляете.

— Не расстраивайтесь, я обязательно прочитаю.

— Я счастлив открыть для вас удивительный мир. Так что читайте.

Беседовала Ирина Боброва
berlin
Валерий Исаянц

[Татьна Троянская, ведущая:]
― Давайте, действительно, перейдём к нашей стране и к конкретно человеку, Дмитрию Быкову, который, слава богу, пришёл в себя. И то, что он сообщил – это, во всяком случае, вызывает вопросы. Дмитрий Быков сказал, что его отравили, и пока его врачи не могу ничего сказать конкретного. Это, с одной стороны, сенсация. С другой стороны, насколько можно верить?

[Сергей Голубок, адвокат:]
― Во-первых, нужно поздравить, приветствовать Дмитрия Львовича Быкова…

[Татьна Троянская:]
― Мы очень рады, да, что…

[Сергей Голубок:]
― …и поздравить его с выздоровлением, мы очень рады, что он вернулся в сознание, вернулся в общественное пространство. Алексей Алексеевич Венедиктов активно занимался его лечением.

[Татьна Троянская:]
― Ну, не он занимался лечением…

[Сергей Голубок:]
― Почему? Он. У меня ощущение было, что именно он занимался лечением, и оно дало конкретные результаты. Я считаю, что это достижение лично Алексея Алексеевича Венедиктова. В целом, радиостанции «Эхо Москвы».

[Татьна Троянская:]
― Наши слушатели вспоминают Кара-Мурзу-младшего сразу.

[Сергей Голубок:]
― Дмитрий Львович Быков уже идёт на поправку, это очень хорошо. Также я хотел бы передать поздравления и пожелания скорейшего выздоровления Владимиру Ефимовичу Курочкину – это профессор, доктор технических наук, который примерно одновременно с Быковым попал в больницу и тоже из неё вышел. И всем выздоравливающим людям Санкт-Петербурга, России и всей нашей планеты. Это самое главное, на самом деле. И для выздоравливающих людей характерно время от времени говорить вещи, которые, скажем так, они бы не сказали, если бы были в другом состоянии. Я-то к этому с терпимостью отношусь. При этом, учитывая…

[Татьна Троянская:]
― То есть, Быков бредит?

Read more...Collapse )
berlin
«Если уж говорить о Дмитрии Львовиче Быкове» ©

Выведенный из комы

Д. Быков как продукт и гарант власти.

Произошло самое трагическое событие апреля, отмеченное всеми либеральными СМИ и сайтами Интернета: кома Дмитрия Быкова. Теперь жена доложила, что самочувствие нормальное, сам «товарищ гражданин» рапортует, что готов вернуться в строй. Так что не кощунственно в конце Страстной недели оглянуться на несколько дней назад и малость ошарашенно подумать: а что ж это было? Как известно, популярный писатель и гуру был госпитализирован 16 апреля в Уфе, где он собирался выступить с лекцией. Быкову стало плохо еще в самолете, его рвало, но стюардессы сначала подумали: перебрал… Первоначально СМИ писали об инсульте, что сразу было опровергнуто близкими Быкова. Но паника ширилась, да ещё сообщалось, что писатель был введен в искусственную кому. Несмотря на то, что за ним наблюдали лучшие врачи Башкирии, а лечение взял под личный контроль и. о. главы республики, где началась посевная, было принято решение о транспортировке больного в Москву. Министр здравоохранение Вероника Скворцова, забыв про жертвы начавшихся пожаров, тоже лично следила за состоянием могучего Львовича и чуть ли не докладывала на самый верх. Многие опупели, если не выразиться грубее, по-быковски: чего было-то?

Политик, философ и публицист в одном флаконе Константин Крылов полагает, что Быков просто не рассчитал свои силы и переусердствовал с алкоголем: «Не нойте и не причитайте. Дима жив. Он сильный, полный жизни, сил и планов молодой мужчина. Просто не уберег себя ради нас же с вами ― 3 огромных перелета за одни выходные с лекциями и встречами. Поэтому медикоментозный сон как компенсация ― способ восстановиться и ускорить выздоровление». А чего ужасного в трех перелетах за выходные, особенно если все неприятные хлопоты берут на себя помощники (а у Быкова их полно)? Разве только у него аэрофобия, и он снимает ее алкоголем. И поэтому несколько перебрал и печень не выдержала? Спасали его всем миром, на правительственном уровне. Не каждому пьющему таланту, даже выдающемуся ― такое внимание. Супруга писателя Ирина Лукьянова раздраженно писала по поводу разных версий и диагнозов: «Сегодня ТАСС диагностировал у Быкова инфаркт мозга, а телеграм-канал Mash тяжелый сепсис. Завтра, думаю, найдут родильную горячку. На всякий случай напоминаю всем коллекционерам чужих диагнозов о статье 13 Основ законодательства об охране здоровья граждан…». Она ― о неразглашении сведений, составляющих врачебную тайну, а я ― о том, почему законодательство об охране здоровья граждан ― столь выборочно? И почему информация о том, что «дело Быкова» на особом контроле у лучших врачей Башкирии и страны в целом стала достоянием всех СМИ, включая государственные?

Ну а люди в соцсетях начали гадать и возмущаться: а кто есть Быков, за что ему такие почести, чем он лучше простых смертных? К примеру, литературовед Иван Есаулов называет Быкова «государственным человеком» и утверждает, что давно писал об этом в своей книге «Постсоветские мифологии»:

Read more...Collapse )

«Вот, собственно, и всё, что я хотел сказать о Дмитрии Львовиче» ©
This page was loaded Jun 18th 2019, 8:37 am GMT.