November 2nd, 2019

berlin

Аудиозапись лекции Дмитрия Быкова // лекторий ПРЯМАЯ РЕЧЬ, 27 октября 2019 года



.mp3

2019.10.27 «Алиса в стране взрослых и детей» (видео продаётся здесь)




расценки лектория «Прямая речь» на видео:

• онлайн-трансляция — 1.050 руб.

• 1 месяц доступа к видео-архиву — 1.750 руб., 3 месяца — 3.950 руб., 6 месяцев — 6.300 руб.
berlin

Григорий Игнатов // "Журналистская правда", 2 ноября 2019 года

«Если уж говорить о Дмитрии Львовиче Быкове» ©


Защита Быкова — как не стоило вступаться за русофоба Гусейнова

Дмитрий Львович! Вы хоть и не настоящий филолог, но всё-таки по образованию журналист, какие-то крохи лингвистики должны были запомниться во время обучения. Но ваши возмущения демонстрируют БАЗОВОЕ непонимание важнейшего лингвистического разделения ЯЗЫКА и РЕЧИ.

«Эта либеральная вертикаль, хотя точнее было бы назвать её мафией, до сих пор не сломлена. Она живуча и способна к инстинктивной самоорганизации и стайной защите своих. Кто-то удивится, если Гусейнова заставят понести заслуженное наказание за сказанное — а на улицы выйдут толпы «Я/Мы Гасан Гусейнов»?» — такими словами заканчивался текст про «клоачный русский язык» и профессора-русофоба из ВШЭ Гасана Гусейнова. И оказалось, что вовсе не требуется быть пророком, чтобы спрогнозировать реакцию либеральной стаи. За Гусейнова бросились «вписываться» самые разные его единомышленники. И тут уж открылись поистине чудовищные бездны саморазоблачения!

Вот высказывается коллега Гусейнова, ещё один преподаватель ВШЭ — Сергей Медведев. Честно говоря, чем больше спикеров оттуда лезет, тем сильнее желание то ли накрыть это место свинцовым куполом, то ли оправдать ожидания — и сходить туда в костюме химзащиты с огнемётом в руках! Медведев без обиняков говорит: «Москва — это «столица объединенной Евразии» и один из редких примеров удачной интеграции этносов, религий и языков без образования этнических гетто и анклавов, это неуклонно исламизирующийся и азиатизирующийся город, где скорее мигранты задают новые нормы и стили жизни, и меня это радует, как хорошая шурпа в ночной забегаловке для таксистов у станции «Кунцево», где никто не говорит по-русски». То есть только тот пример интеграции этносов может считаться удачным, который даёт на выходе исламизированный и азиатизированный результат на месте славянского города, где уже никто не говорит по-русски?!!! Это — коллективная мечта профессуры ВШЭ???!!

Дальше — больше: «современный русский язык не клоачный, а фашистский». И дальше витийствования про лингвиста-структуралиста Ролана Барта (подстраховка на случай, если прижмут, а он такой: вы меня неправильно поняли, вы же Барта не читали!). То есть, ты, Гасан, ещё мягко выразился! А надо прямо, не щадя чувств — фашистский у вас язык, русские, потому что сами вы — фашисты!

Возвращаясь к предыдущему тексту, снова отметим: ребятишки наслаждаются собственной безнаказанностью. Я тебя назову уродом, дебилом, невеждой, фашистом и ещё кем-угодно — «И чё ты мне сделаешь? Я из ВШЭ! В курсе за такую тему?».

Но самым обильным фонтаном оправданий неуиноватого Гасанчика излился наш сухопутный кит — Дмитрий Быков. Разверз пасть — и как из душа окатил!

Так как краткость, которая сестра таланта, у Быкова никогда даже не ночевала, то разбирать этот камаз помоев и рулон отстоев придётся буквально построчно. Удовольствие маленькое, но ничего не хочется пропускать из того, что гражданин Зильбертруд сам записывает себе в кармическое уголовное дело.

Первый абзац быковского текста посвящён обоснованию крайне натянутого тезиса: «Любой интеллектуал потенциально опасен для сегодняшней российской власти» и Гусейнова, соответственно, травят за то, что он — интеллектуал.

Дмитрий Львович, мы, конечно, понимаем, что корпоративная солидарность — дело святое, но не слишком ли самовлюблённо будет записывать в интеллектуалы исключительно оппозиционеров с либеральным и русофобским мировоззрением? В вашей вселенной что, не может существовать интеллектуал-патриот? Впрочем, о чём мы… разумеется, не может! Во вселенной Быкова, Гусейнова и Медведева титул интеллектуала без сданного теста на русофобию никто не получит! Огромное же множество обычных, порядочных, любящих свой народ и государство преподавателей, учёных, писателей, инженеров и студентов — это всё не интеллектуалы, это так — быдло с «клоачным русским языком». Нерукопожатные фашисты.

Второй абзац посвящён тому, что Гусейнов прав, ибо вокруг нас звучит не тургеневский язык, а «язык телепрограмм и блатняков». Опустим очень странную форму во множественном числе слова «блатняк», которую бестрепетно употребляет такой чуткий к языку Быков, перейдём сразу к фразе: «Ведь на самом деле единственная духовная скрепа — это русский язык, великий и могучий, подчеркиваю, правдивый и свободный, гибкий и пластичный, необычайно насыщенный, насыщавшийся множеством слоев. К сожалению, большинством используется либо бюрократический русский либо русский, простите, криминальный».

Дорогой Дмитрий Львович! Вы хоть и не настоящий филолог, но всё-таки по образованию журналист, какие-то крохи лингвистики должны были запомниться во время обучения. Так вот, ваши возмущения демонстрируют (равно как и откровения Гусейнова, хотя он вроде бы филолог) БАЗОВОЕ непонимание важнейшего лингвистического разделения ЯЗЫКА и РЕЧИ. Для физика — это как не знать закон Ома! Язык — формализованная, кодифицированная система. Речь — живая, окказиональная среда. Речь — шире языка, так как она постоянно стихийно использует все его возможности. Это и словотворчество, и заимствования лексики, и образование новых фразеологизмов, и перезагрузка старых слов новым смыслом («мальчик в клубе склеил модель»). Это — абсолютно НОРМАЛЬНО! Абсолютно! Целиком и полностью. Это — естественный и непрерывный процесс приспособления языка под нужды выражения конкретных мыслей конкретной эпохи. Более того, далеко не всё из того, что активно используется в речи и пугает впечатлительных людей, переходит на следующий уровень — в язык, многое отмирает, забывается. Ей-Богу, ну азы же лингвистики, первый курс!

Так что ничего с языком плохого не случилось — он остаётся зафиксированным в учебниках, словарях, произведениях классики, а самое главное — всё это остаётся практически полностью понятным любому современному человеку. Любой текст Пушкина нам понятен, любой текст Толстого. Это лучше всего сигнализирует, что с языком всё в полном порядке и вообще в обществе, и у каждого конкретного человека. А речь… речь вечно пластична, она может склоняться то в сторону канцелярита, то в сторону профессиональной лексики (времена СССР), то насыщаться религиозными или субкультурными терминами. Вчера речь одна, сегодня другая, завтра — третья. Жаловаться, что живая речь не совпадает с тургеневским языком может только, извините, дурак. Да. Совсем не интеллектуал.

И, уж простите, гражданин Быков — но вам-то, как какому-никакому историку, следует знать, что русский язык уже лет триста, наверное, испытывает сильнейшее влияние бюрократической речи. Начиная с гоголевских чиновников и до платоновского социалистического новояза — да, это всё тот самый канцелярит в разных его формах. Как-то поздно вы спохватились!

Что касается якобы сильного проникновения криминальной лексики в бытовую речь — поверьте, это не так. Современное блатное «мурчалово» — это не лагерный жаргон из произведений Солженицына, и не речь гопников. Вы бы в нём мало что поняли — и это лучший признак того, что оно остаётся речью дна, а не общественной языковой нормой.

«Некоторые люди пишут: «Гусейнов должен извинится», — без мягкого знака. Они оскорбляют этим язык, данный нам предками. Ведь грамматические правила даны нам предками, это страшное оскорбление. Они топчут память предков, когда не знают, как распорядиться «-ться» и «-тся» — на этот пассаж ответить буквально нечего. «Топчут память предков»! Кажется, что это в сердцах сказала сильно выпившая учительница русского языка в средних классах, но не «писатель-интеллектуал». Дмитрий Львович, вы трезвым это писали? Представьте себе, и у Пушкина были орфографические ошибки, и у Достоевского! Вы их рукописи читали? Они тоже топтали память предков? Достоевский топтал Пушкина, а Пушкин — Державина, так?

«Эти критики (Гусейнова — прим.) ни одного своего предка не знают, не помнят ничего, не читали этого. Они просто оскорбляют сам факт существования русского языка» — честно говоря, вот примерно здесь «дискуссия» имеет все основания закончиться пощёчиной. Это просто уже облыжные и огульные оскорбления, переходящие на личности, массы незнакомых людей.

И, наконец, последняя фраза адресована Гусейнову: «Наши предки любуются вами». Гражданин Зильбертруд, пожалуйста, не разжигайте антисемитизм! По крайней мере, не так откровенно.


«Вот, собственно, и всё, что я хотел сказать о Дмитрии Львовиче» ©
berlin

Дмитрий Быков (комментарии) // "Facebook", 2 ноября 2019 года

Mickael Kagan («Facebook», 02.11.2019):

Дмитрий Львович Быков указал на то, «что тот, кто не высказывается в защиту Гусейнова, формально поощряет его травлю, а следовательно, делает все возможное для того, чтобы из великой страны наших предков (предков наших, подчеркиваю, великих предков, которые кровью и потом полили эту землю) был вытеснен еще один интеллектуал, еще одна ее интеллектуальная горсть. Давайте вытесним Гусейнова. Я думаю, хуже от этого будет не Гусейнову».

Имею совершенно отличное от Гусейнова мнение по некоторым из тезисов, им изложенных. И слава Богу. Возможно, форма его высказывания излишне радикальна. Но это исключительное право автора.

Ну а интеллектуалы, увы, не в чести у нас всегда. При любой власти. Скрепа, видать, такая

Дмитрий Быков в программе «Один» // «Эхо Москвы», 1 ноября 2019 года


из комментариев:

Andrey Muratov: Тут Додолев, вспоминая молодость и резвость, вытащил на свет божий нелицеприятные суждения сабжа о его нынешнем месте работы. Забавно и поучительно.

Дмитрий Быков «Йеху Москвы» // «Moulin Rouge», январь 2007 года

Дмитрий Львович Быков: Что именно поучительно? Изменилось Эхо, изменился и Додолев, а эту статью я и без него включал в свои сборники.

Andrey Muratov: Дмитрий Львович Быков, Эхо перестало быть Йеху? Альбац поумнела? Венедиктов перестал хамить слушателям и ходить в гости к жителям Кремля? Ну, право же, Дмитрий Львович. Претензий к вам, кстати, у меня абсолютно нет. Как и обвинений каких-либо. Работа у журналистов такая. Я и Максима Соколова с удовольствием продолжаю читать, и вас. Правда, с некоторого времени ценю вас обоих за слог, не за содержание. Вот Шендеровича мне читать неприятно — он брызгает слюной (в переносном смысле), косноязычен, пафосен и лишен чувства самоиронии. У вас же все в порядке. Это я сейчас без иронии. Продолжайте. Только вот стихи... ну да ладно.

Дмитрий Львович Быков: Андрей Муратов Мы не обсуждаем сейчас мои стихи. Мы обсуждаем мою позицию. Она неизменна, а хамства на Эхе значительно убавилось. Иначе я не предложил бы им свою программу. Кстати, в штате я там не числюсь. Как был в Собеседнике 30 лет, так и остался.

Andrey Muratov: Дмитрий Львович Быков, может быть, внутрикорпоративного хамства поубавилось, по отношению к соратникам/сподвижникам... тут не в курсе, бо не бывал там никогда. А в программах... Альбац, Латынина, Ганапольский, Невзоров — а последнего я, к сожалению, хорошо помню лично еще со времен «600 секунд» — это хамы кристалльные, химической чистоты, как платиновый эталон метра. Что, понятное дело, не отменяет их дарований. Но лично для меня — напрочь перечеркивает. Вот вы отвечали на вопрос о друзьях, которых потеряли в результате последних коллизий. Но ведь проповедник «крымнаша» и восклицающий «путинхуй» — анфас и профиль одного и того же Хама. Однако, одних вы забыли, а с другими общаетесь, хотя бы даже и только по работе. Мои вам соболезнования.

Дмитрий Львович Быков: Нет, к сожалению, процент хамов и, более того, доносчиков в рядах сторонников режима гораздо выше, а градус истерики и агрессии в последнее время просто запределен. Можно, конечно, игнорировать разницу между теми, кто призывает к убийствам, и теми, кто против них возражает. Но это как-то уж очень по-детски, как и соболезнования.




ПСС Дмитрия Львовича Быкова в Facebook'е