February 10th, 2020

berlin

Дмитрий Быков // «iностранец», №20(129), 29 мая 1996 года

рубрика «Истории»

Анонимные алкоголики, или Дорога в Чикаго


После армии я ударился в довольно-таки странную жизнь. Моя тогдашняя фотография вызывает у меня сегодняшнего ужас: перед нами человек с так называемым дембельским чубом (вокруг шапки волосы обстригались, но спереди имели право отрастать), с вытянутым лицом и глазами, в которых застыло страдание. Один из моих сослуживцев справедливо заметил, что лицо моё на фотографиях — от комсомольского билета через военный и вплоть до дембеля — постепенно вытягивалось, словно жизнь всё больше и больше удивляла меня.

С бывшей возлюбленной у нас, само собой, не заладилось, новая не утешала, и тут я пошёл в загул. Сказалась не только послеармейская голодуха, но и желание доказать себе, что загул в принципе возможен. Семья уехала на дачу, квартира предоставилась в моё полное распоряжение, я переманил к себе друга, вылезшего из сапог неделей раньше меня, и мы затаскивали к себе кого попало. В это-то время на горизонте замаячила Катя.

Тут надо представить вам авангардного поэта, умудрявшегося огребать при любых режимах, человека отнюдь не бездарного, но до такой степени неуживчивого, что друзья и поклонники после бурной и краткой влюблённости с тихим шелестом от него отпадали. Назовём его Скипидаров. Скипидаров регулярно собирал у себя в коммуналке то, что ему представлялось цветом московской литературы.

Природа наделила его не только чутьём на таланты, но и счастливой стасовской способностью пьянеть от помоев. До какой степени он мог заблуждаться, я лично понял в тот день, когда он представил мне одного ярко выраженного и довольно потрёпанного педераста: Скипидаров охарактеризовал его как неотразимого бабника, донжуана и бонвивана. На что педераст кисло улыбнулся и понимающе мне подмигнул: вы же знаете Петю…

Катя приехала из Омска. Каким ведром её занесло к Скипидарову — Бог весть, но он пленился. Экзотическая ли её внешность, бесприютность ли, биография сработала тут — не знаю. На Катю вообще западали многие, но все эти мимолётные романы никак не приближали её к цели. Цель же была — закрепиться в Москве любой ценой, желательно путём замужества, в крайнем случае фиктивного. Москва, однако, представлялась ей только перевалочным пунктом на пути за рубеж.

Катя рождена была для зарубежа. Она «не могла тут больше» (ещё бы: двадцать пять лет в Омске, из них двадцать три — при советской власти). Катя быстро сообразила, что от Скипидарова проку не будет — нет такой политической силы, при победе которой он оказался бы вне подполья,— и стала шарить в окружавшем его пространстве.

В «скипидаровке», как мы называли этот круг, мелькала странная, но вполне органичная здесь личность — лысый, сутулый, остроносый человек по имени Юра, лет сорока пяти, с биографией довольно таинственной. Скипидаров рассказывал, что спиваться Юра стал после Чернобыля — принимал участие в тушении энергоблока, схватил дозу и услышал, что бороться с радиоактивностью можно только спиртом. Юру спирт одновременно спас и погубил. Радиоактивность, говорят, из его организма вышла, но с алкоголизмом он уже ничего не мог поделать. В одной конторе служили сэр Билл и сэр Джон: сэр Билл не мог обходиться без трубки, а сэр Джон не выносил табачного дыма. Однажды, когда сэр Билл отлучился в сортир, сэр Джон поковырялся его трубкой у себя в заднице. Когда сэр Билл вернулся, вкус табака показался ему странным. Так продолжалось изо дня в день два года. За это время сэр Билл научился обходиться без трубки. Но сэр Джон уже не мог без неё обходиться.

Я не иронизирую — чем чёрт не шутит, может, Юра и впрямь что-то тушил. Изгибы русской судьбы парадоксальны. В немногочисленные трезвые просветы Юра вслух читал у Скипидарова рассказы из своей жизни — что-то из маргинального быта, с мрачным юмором; Скипидаров ставил его выше Горького и Пьецуха. Сообщалось, что Юра твёрдо решил завязать и вступил по этому случаю в организацию «Анонимные алкоголики». Её название по тем временам звучало потрясающей экзотикой.

По телеку как раз показали довольно обширный американский фильм, рекламирующий эту организацию: её основатель с юности пил горькую, пропил всё, что мог, но встал на путь истинный и создал всемирную сеть «Анонимных алкоголиков». Вообще такое название больше подошло бы для крутой рок-группы или тайной террористической организации (я так и вижу этих анонимных алкоголиков, крадущихся в ночи), на самом деле это было сугубо мирное общество, московское отделение которого только-только создали. Отделение устраивало тусовки, на котором не знакомые друг с другом алкоголики рассказывали друг другу свои истории,— подозреваю, что на русской почве всё это вскоре вылилось бы в грандиозную попойку с поцелуями и дракою, но на каждом сейшне присутствовали американские наблюдатели.

Сторонники подобной психотерапии, будь её объектом алкоголики, наркоманы или вьетнамские ветераны, исходят из того, что «вместе весело шагать по просторам», то есть трудности преодолеваются сообща, а главное — публично выболтаться о наболевшем. Дианетика, всё такое. Наркоманы хором кричат какой-нибудь очередной жертве, которая пришла исповедоваться: «Мы любим тебя, Мэри!» Мэри в ответ морщит нос в улыбке и делает вау («Вау!!!»), а дальше все исповедуются по кругу, как в известной игре «Свечка». На такие тусовки Юра похаживал, и скоро по «скипидаровке» пронёсся слух, что за примерное поведение его как наиболее анонимного алкоголика скоро повезут в Чикаго.

Откуда взялось Чикаго (а, например, не Кливленд) — я ответить затрудняюсь, но стоит вспомнить те времена, чтобы понять всю достоверность любого подобного слуха. Если какой-нибудь котельный постмодернист мог на год поехать в Америку с лекциями — почему бы не свозить в Чикаго анонимного алкоголика, ухватившегося за американское начинание? Юрин отъезд считался делом решённым. Разумеется, это был типичный скипидаровский сон золотой, но Катя этого ещё не понимала. Она и скипидаровские восторги на свой счёт принимала как должное, даром что умела только кое-как бряцать на фоно и петь под него романсы низким цыганистым голосом. Скипидаров живо свёл её со своей подругой, скрипачкой Машей, матерью-одиночкой и бывшей каэспэшницей, и Катя поселилась у безотказной, кроткой, хипповатой Маши, а сама расставила капкан на Юру. Лисица видит сыр, лисицу сыр пленил. В Чикаго Юра мог быть отброшен, как стартовая ступень ракеты…

Я узнал обо всей этой истории, сблизившись с Катей при довольно странных обстоятельствах. Маша собрала у себя «скипидаровцев», потому что человек она была гостеприимный и щедрый, живущий бивуачно и никогда не падающий духом. Они сошлись: волна и камень, лёд и пламень, пара-тройка гитарных поэтов и какие-то отбросы общества. По какому поводу пили, не помню. Коньяку я высосал порядочно, а пьянел по тем временам моментально. Вскоре народ разошёлся, Маша деликатно улеглась на кухне, и мы с Катей остались в комнате вдвоём, не считая коньяка. Коньяк я допил для довершения тет-а-тета, а потом неожиданно для себя взял её на руки, отнёс на кровать, лёг рядом и принялся Катю тискать.

Я ожидал чего угодно — сопротивления, плюхи — но не той вялой покорности, которую наблюдал: то ли дело было во внезапности моего демарша, то ли в хитром расчёте, но такого благоприятствования обстоятельств я не видел давно. Минут за пятнадцать я её раздел, попутно разоблачаясь сам, и после некоторой борьбы добился своего. Победа была недостоверно лёгкой. По тем временам взять кого-нибудь за грудь казалось мне большим событием, потому что подлинная потеря девственности — это не первый раз с любимой, а именно что первый контакт с нелюбимой, полуслучайное соитие с полузнакомым человеком, связь на один вечер, чтоб не так ныла рана, нанесённая утраченной любовью.

Collapse )
berlin

Аудиозапись лекции Дмитрия Быкова // лекторий ПРЯМАЯ РЕЧЬ, 4 февраля 2020 года



.mp3

2020.02.01 История великих пар: «Подлинная история Ромео и Джульетты» (видео продаётся здесь)




расценки лектория «Прямая речь» на видео:

• онлайн-трансляция — 1.050 руб.

• 1 месяц доступа к видео-архиву — 1.750 руб., 3 месяца — 3.950 руб., 6 месяцев — 6.300 руб.
berlin

Аудиозапись встречи Дмитрия Быкова и Андрея Макаревича // лекторий ПРЯМАЯ РЕЧЬ, 3 февраля 2020 года



.mp3

2020.02.03 Дмитрий Быков + Андрей Макаревич: «Стихи про нас» (видео продаётся здесь)




расценки лектория «Прямая речь» на видео:

• онлайн-трансляция — 1.050 руб.

• 1 месяц доступа к видео-архиву — 1.750 руб., 3 месяца — 3.950 руб., 6 месяцев — 6.300 руб.
berlin

Дмитрий Быков (фотография)





Konstantin Sonin («Facebook», 08.02.2020):

БЫКОВ В ЧИКАГО

Дмитрий Львович Быков читает стихи про любовь в северных предместьях Чикаго, где на него легко собирается полный зал ценителей поэзии. "На самом деле мне нравилась только ты, мой идеал и моё мерило. Во всех моих женщинах были твои черты, и это с ними меня мирило..."

Среди русских поэтов были и есть поэты на самый разный вкус, но Быков, наверное, самый умный. Разве что Пушкин - но Пушкина не отвлекало то, что было написано до него, а Быков знает всю русскую литературу так, как никто не знает. Его реплики между стихотворениями, ответы на вопросы в записках также можно было бы издавать отдельными сборниками.

И это был вечер поэзии! Я не раз бывал на лекциях Быкова о литературе, читал его романы, документальные произведения, критику, статьи в газетых и журналах. Он один из лучших общественно-политических публицистов в стране - в этом-то я очень хорошо разбираюсь - при том, что это его то ли шестое, то ли десятое занятие!

Он делает по сто новых лекций в год - любой, кто выступал публично, знает, что это просто невероятно. Мне и три новых лекции "на сезон" подготовить сложно. Завтра, в воскресенье 9 февраля, он выступает в Кливленде.


из комментариев:

Дмитрий Львович Быков: Самое сердечное спасибо
berlin

Дмитрий Быков // «Собеседник», №5, 12—18 февраля 2020 года

рубрика «Приговор от Быкова»

Трамп и козыри

Из Штатов особенно ясно видно, что «Оскар» не промахивается. Когда выходит Питт и начинает привычно ругать Трампа, это всё-таки награждение за роль второго плана. А триумфатором становится чёрная комедия «Паразиты» — азиатское кино о том, что низы ничем не лучше верхов, а то и пострашней.

После оправдания Трампа становится ясно, что дело не в Трампе. Во-первых, оправдание весьма половинчатое — доказательства, по сути, были отметены, настоящего исследования ситуации не было, половина сената и страны считают президента виновным и всё такое. А во-вторых, противопоставить-то ему, как ни жутко, абсолютно некого. Ну не Пелоси же. У демократов, простите за каламбур, ни одного козыря (Trump — козырь, если кто забыл). И выясняется удивительное: оказывается, критерием истины является практика, источником убеждений — привычка.

Пять лет назад многим в Америке казалось, что Трамп во главе страны — плохая шутка. Три года назад — что это абсурд и ненадолго. Сегодня многие из этих многих говорят: да, но экономика-то при нём цветёт! Он, глядишь, и Obamacare отменил бы... И вообще, если все они такие умные — почему не смогли его свалить? Он отлично держится. Может, такова была парадоксальная воля судьбы и у нас попросту нет другого пути к обновлению?! Один из умнейших здешних друзей, человек с советским и израильским прошлым, сказал: мы просто ещё не поняли, что произошла настоящая народная революция. Народ опрокинул профессиональных бюрократов и продвинул во власть своего человека, с его площадным юмором и здравым смыслом. И никаких роковых ошибок он покамест не сделал...

И раз наши протесты напрасны и бессмысленны, а народу нравится — почему бы ему не пойти на второй срок? А потом и на третий? Ведь обстоятельства исключительные, то война, то пандемия... И главное, что больше-то предложить совершенно некого, потому что его оппоненты не лучше, чем он. И правильно он их увольняет. А потом... почему бы и не третий срок? Сделали же исключение для Рузвельта. Конституция для человека, а не человек для Конституции.

Эта логика понятна, привычна. Кто сверху, того и заслуживаем. А вечно недовольны только паразиты, которые в жизни ничего не добились.

Впрочем, послание «Оскара» можно истолковать и по-другому: все ваши проблемы отошли на второй план, и оправдание Трампа — уже не сенсация. Вашу судьбу теперь решают азиатские вирусы, стресс, паразиты. Примерно как в 1917 году.