September 6th, 2020

berlin

...это пока тайна

Дмитрий Быков в программе ОДИН от 20-го марта 2020 года:

«Есть ли у вас планы издать эту лекцию в виде самостоятельного литературного произведения?»

Понимаете, одно религиозное издательство (не будем называть имен) мне предложило издать книгу «Абсолютный бестселлер», где будут изложены мои наблюдения над метасюжетами. Книга, в общем, готова, я могу сдать ее хоть сейчас. Но они просили, чтобы там Евангелие нигде не отождествлялось с плутовским романом, применительно к Евангелию нигде не употреблялись слова «пародия на Ветхий Завет», и вообще чтобы я сделал обзор всех мировых сюжетов, найдя их евангельские корни. А тогда они, может, эту книгу издадут. Я честно написал: «Ребята, простите, тогда я лучше напишу для вас другую книгу или не буду писать вообще». Они говорят: «Наши читатели могут не понять». Да откуда вам известно, что вы все время решаете за ваших читателей? Давайте они примут какое-то решение, а мы потом посмотрим. Просто терминологические дискуссии мешают мне издать эту книгу.

Книга «Абсолютный бестселлер» написана, там все рассказано: и про христологическую версию, трикстерскую, и про фаустианскую, которая ее сменила, и про перспективы развития сюжета. Где ее издавать, я подумаю. Может быть, я найду такое издательство, которое не убоится. Там изложены главные сюжетные схемы мирового искусства и показано, как это связано с историей: почему в какой-то момент трикстерские черты достаются Мефистофелю (он же Воланд) и почему он становится покровителем художника, и почему главный сюжет двадцатого века — это сюжет о разведчике, присланном в некоторую среду спасать художника. Воланд спасает мастера, Румата Эсторский спасает Будаха, Штирлиц спасает пастора Шлага, и вот многие почему-то подумали, что их спасет Путин. А он немножко видоизменил этот сюжет.

Дмитрий Быков в программе ОДИН от 7-го августа 2020 года:

«Опубликуете ли вы свою работу об исторических параллелях после того, как закончится это и начнется другое?»

Эта работа называется «Седьмой круг». Я не знаю, надо ли ее публиковать. У меня, знаете, есть две теоретические работы. Одна называется «Абсолютный бестселлер» (о сюжетных схемах и инвариантах), а вторая «Седьмой круг» (сюжетных кругах русской истории). Возможно, они могли бы составить вместе внушительный том, и, возможно, я это бы написал. Но, видите, я это писал как такое подспорье к собственным литературным штудиям, и ничего принципиально нового там не будет сказано, потому что все это я высказал в других сочинениях. Вообще, «Седьмой круг» можно опубликовать. Если у кого-то есть такая возможность, если какой-то издатель сейчас вдруг возьмет да и заинтересуется этой сугубо теоретической и историософской работой об исторических рифмах в России,— почему нет? Она лежит себе, каши не просит.

Дмитрий Быков в программе ОДИН от 4-го сентября 2020 года:

Я вообще очень мало читаю, я читаю сейчас все по профессию; все, что касается моей новой книги, будущей; не написанной [«Истребитель»], а той [«Океан»], которую мне предстоит в ближайшее время (лет пять, наверное) написать. И еще одну книжку я делаю, это пока тайна (в редакции Шубиной, в новой серии), это такая научная книга, и тоже она занимает у меня много времени, поэтому я ничего, кроме этого, не читаю.

Дмитрий Быков в программе ОДИН от 11-го сентября 2020 года:

«Жду вашей книги об эволюции сюжета».

Алишер, книга будет на будущий год.
berlin

Дмитрий Быков // «Новая газета», №97, 7 сентября 2020 года




Прослушка

Разведчикам «Новой газеты» удалось перехватить разговор двух мужских голосов.


Первый:
Привет, Берлин! Их бин Варшава.
Глобальный мир пошёл на слом.
Одна Россия — сверхдержава.
Давай им как-нибудь насрём?

Второй:
Давай! Я лопаюсь от злобы,
Смотря на их успех и прыть.
Ведь мы такие русофобы,
Что хуже нас не может быть!

Первый:
Какой прекрасный разговорец
Мы обеспечили себе —
Как будто лично Юнна Мориц
Его повесила в ФБ!

Второй:
Давай мы мерзостно поступим,
Чтоб разломился русский щит...
Но там же есть Владимир Путин —
Он с ходу нас разоблачит.

Первый:
А мы с тобой его подставим
Перед ЕСом и ООН.
Давай Навального отравим,
И все решат, что это он.

Второй:
Да! Лёшу мы уконтрапупим,
И это будет вери гуд,
А все подумают, что Путин,
И сразу санкции введут.

Первый:
Не оценить такого факта
Не смогут чуждые скоты.
Но ваш акцент знаком мне как-то.
Рыгорыч, ты?

Второй:
Володя, ты?

Первый:
Скажи, с чего бы это, Вова,
Пропагандистский номер наш
Мы сочиняем так хреново?

Второй:
А для кого стараться, Саш?
Они нам — мирные протесты
И минский их видеоряд,
А мы им — пытки и аресты,
И все спасибо говорят.

Первый:
Да, милый друг! С таким протестом
Я и десятый срок приму...
Но что мне делать с этим текстом?

Второй:
Отдашь Мишустину.

Первый (потрясённо):
Кому?!

Второй (терпеливо):
Ты скажешь: это, мол, прослушка,
Добавь шумов для красоты,
И Трамп поверит — потому что
Он не умней, чем я и ты.

Первый:
Прости, Володь, но от такого
Весь мир решит, что я кретин.
Хотим ли мы такого, Вова?

Второй:
О да, мы этого хотим.
Мы сверхдержава, мы едины,
И только в этом наш оплот —
Что все друзья у нас кретины,
Плюс также армия и флот.

Первый:
Володь! Мне даже как-то странно,
Но коль судить по новостям,
То мы с тобой не два тирана,
А Слепаков и Галустян,
А «Наша Раша» — наша крыша.

Второй:
Я так и знал, что ты умён.

Первый:
Так ты узнал меня, о Миша?

Второй:
Да, я узнал тебя, Семён.