August 4th, 2021

berlin

Расписание Дмитрия Быкова

Расписание Дмитрия Быкова

когда
во сколько
город что
где
цена
4 августа
среда
20:00
Одесса Дмитро Биков: Лекція про море та творчість
ЦПКіВ ім. Т.Г.Шевченка — вул. Маразліївська, будинок 1

Facebook-event
150 ₴ (стулья), свободных мест нет (шезлонги)
11 августа
среда
19:00
Днепр Дмитрий Быков: Стихи 20-х. Творческая встреча
Днепр, Днепропетровская филармония им. Л.Когана — ул. Воскресенская, д.6

Facebook-event
200–700 ₴
12 августа
четверг
19:00
Запорожье Дмитрий Быков: Стихи. Творческая встреча
ДК «Днепроспецсталь» — бульвар Шевченко, д.1
350–750 ₴
28–31 августа
суббота–вторник
18:00 / 18:00 / 19:00 / 19:00
Москва Дмитрий Быков: «Как написать захватывающую историю» (4-дневный интенсив писательского мастерства, 17+)
лекторий «Прямая речь» — Ермолаевский переулок, д.25
абонемент: 20.000 руб.
6 сентября
понедельник
19:00
Москва Дмитрий Быков: «Ларс фон Триер: взлёты и падения» (лекция о гении, который сам себя съел)
лекторий «Прямая речь» — Ермолаевский переулок, д.25
билеты: до 27 августа 1.750 руб., с 28 августа 1.950 руб.
онлайн-трансляция: до 27 августа 750 руб., с 28 августа 1.000 руб.
30 сентября
четверг
15:45
Montenegro, Budva Творческий вечер писателя Дмитрия Быкова («СловоНово» — форум русской культуры в Европе, 24–30 сентября 2021 года)
«Dukley Gardens» — Zavala peninsula bb, E-65
1.000 €
berlin

Беседа Дмитрия Быкова с Ильёй Хржановским // «Новая газета», №86, 6 августа 2021 года

«Внутри России удобно, даже уютно. Но работать нельзя вообще»

Разговор писателя Дмитрия Быкова и режиссера и художественного руководителя мемориала «Бабий Яр» Ильи Хржановского — о сценариях будущего страны.

Илья Хржановский — один из немногих моих современников, которых я считаю гениями. Под гениальностью здесь понимается не только способность создавать великие проекты (кино — частный случай), но и весьма редкое умение поляризовать любую аудиторию, выявлять злобных идиотов, поддерживать собственным примером одиноких нонконформистов. Мне прекрасно известны альтернативные мнения о Хржановском — манипулятор и абьюзер, грамотно разводящий спонсоров, паразитирующий на исторических трагедиях, создающий секты единомышленников-фанатиков… Все это звучит убедительно, по крайней мере для консерваторов и мономанов любого типа, и тоже стало — пусть неосознанно — частью художественной стратегии Хржановского: он вообще умеет давать людям смысл и цель жизни. У одних этот смысл — работать в его фильмах или в мемориале «Бабий Яр», который он сейчас делает в Киеве; у других — мешать ему и ненавидеть его. Все при деле, и я даже не знаю, кто счастливей.

Мне важно понять, что станет делать Хржановский по завершении пятнадцатилетней работы над «Дау» — циклопическим циклом из пятнадцати картин, снятых с 2006 по 2009 год в специально выстроенном для этого харьковском закрытом Институте. «Бабий Яр» — мемориал, вызывающий в Украине полемику такого накала, какой в России давно не встречается.

А здесь еще только называют агентом — то ФСБ, то СВР. Но версия о том, что Хржановского специально готовили в российских спецслужбах, чтобы расколоть и загубить украинское общество, с подачи известной местной писательницы уже гуляет по Сети и прессе. Мне любопытно было посмотреть, как Хржановский это все выдерживает. А главное — из первых рук узнать, что он, собственно, делает.


Ведь согласитесь, даже зная, что Микеланджело — человек неприятный, вы все равно захотели бы, случись такая возможность, своими глазами посмотреть, как он работает. И дело не в жанре — он у Хржановского в самом деле личный. Дело в масштабе затеянного. В высшей степени душеполезно знать, что рядом с вами и со всем вот этим человек делает нечто великое. Великое — не значит хорошее, или безупречное по вкусу, или гуманное, или красивое. Великое — значит радикально меняющее мир.


— Странно, почему в Украине распространилось такое неприятие лично вашего участия в проекте: да, приехал москвич, осваивает деньги российских спонсоров, но, кажется, было тридцать лет независимости, чтобы сделать мемориал самим…

— Было не до мемориалов, их, собственно, и не строили почти — кроме памятника погибшим в Голодоморе. Предпринимались попытки — можно было бы сделать отдельную пирамиду из камней, заложенных в основание будущих памятников Бабьего Яра. И это был бы отдельный хороший памятник. Но было не до того, и раньше все это имело другую значимость. Это как бы не выходило за пределы общепринятого Холокост-дискурса: были живы уцелевшие, и был определенный, давно выработанный, строгий, практически безымоциональный язык разговора на эту тему. Теперь, когда из свидетелей трагедии почти никого не осталось в живых, и нам выпало строить мост — между теми временами и будущими; свою роль я вижу, собственно, в этом. Можно было построить еще один — более или менее стандартный — музей Холокоста. Но у нас другие задачи — и другие обязательства. Мы должны создать место живой памяти, где отношения с событиями 80-летней давности будут актуальными и эмоционально важными для всех, кто придет в Бабий Яр, в независимости от возраста и национальности.

— Но особенность украинской ситуации еще в том, что теперь участие украинцев в массовых расстрелах не оспаривается…

— В случае Бабьего Яра убивали — не украинцы. Хотя этот вопрос остается чрезвычайно горячим, и происходят вещи, которые я не мог бы себе представить, просто не мог, я оцепенел совершенно. Важный немецкий политик ходит по мемориалу и спрашивает: а точно ли убивали немцы? Потому что, говорит он, есть место, где убивали румыны, переодевшись и представляясь немцами. Может быть, и здесь так? Надо проверить, поднять архивы… Так что немцы тоже еще надеются разделить ответственность. Но здесь мы можем совершенно точно сказать, что украинцы стояли только в оцеплении. Острота вопроса не в этом, а в распространяемом в обществе образе того, что «строить украинский мемориал приехал русский режиссер на деньги русских олигархов». И не есть ли все это тайная операция ФСБ под прикрытием СВР? Особенно если учесть, что «этот режиссер на съемках пытал детей с синдромом Дауна»…

— Ну это обвинение, насколько знаю, с вас снято, и перед вами извинились.

— Дело действительно закрыто, хотя никто не извинился, включая тех, кто умышленно оклеветал проект «Дау», меня и моих коллег и способствовал возбуждению уголовного дела. Что касается восприятия этого проекта в Украине. Знаете старый патриотический принцип — «Техас могут грабить только техасцы»? В определенной части украинского общества возник протест. Почему не живущие в Украине бизнесмены Хан и Фридман строят в Украине мемориал? Почему они вкладывают сюда сотни миллионов долларов? Хотя помимо Хана и Фридмана проект финансирует украинский миллиардер Виктор Пинчук, американский миллиардер, президент Всемирного еврейского конгресса Рональд Лаудер, и вообще все управляется международным наблюдательным советом под председательством великого борца за права человека Натана Щаранского, при участии бывшего президента Польши Александра Квасьневского, бывшего вице-канцлера Германии Йошки Фишера, чемпиона мира по боксу Владимира Кличко, нобелевского лауреата Светланы Алексиевич и других замечательных людей нашего времени. Но все равно в прессе основной фокус — участие Фридмана и Хана в проекте. Плюс к этому потом возникло неприятие моей конкретной личности. Я-то как это себе рисовал: если мне плохо в Москве, если меня там не принимают — я приезжаю сюда как желанный гость, великий и великолепный. А ничего подобного. Я враг и агент врагов.

— А разве в Харькове, во время съемок, вас не воспринимали как великого и великолепного?

— В Харькове меня вообще не воспринимали, потому что не видели. Я не давал интервью и всем запрещал. У меня были представители по работе с властями, с прессой, с блатными — все они ссылались на некоего Илью, каждому рисовался свой образ Ильи. Я думал — и, наверное, не без оснований — что, увидев Илью реального, они просто пошлют его сразу.

— Могло такое быть.

Collapse )