Дмитрий Быков // «Собеседник», №48, 1985 год

из архива Светланы | клуб "Зелёная лампа"

Герой устал на работе, был очень тяжелый день, не все ладилось, вдобавок пришлось побывать «на ковре»... Словом, настроение — хуже некуда, силы — на нуле, и вот он, порог дома.

— Ванечка (Петечка, Сашенька — тут как вам больше нравится), видишь ли, я не успела с ужином, а сейчас надо побежать к Лиде (Кате, Ане, Наташе) — она мне достала такую кофточку! Ты сам тут похозяйничай, а я на часок...

И дверь закрылась прежде, чем герой успел что-либо сказать. Он входит на кухню — перед ним Стопка немытой посуды (ну почему бы нет?). Реакция? Разные могут быть реакции. Один мой невыдержанный знакомый, например, выбросил эту стопку в мусоропровод, но он-то ведь не идеальный герой. Наш же начинающий муж сел и стал размышлять. О чем? Да обо всем — о том, что они с женой не умеют распределять бюджет, что надоели эти бесконечные подруги с их кофточками, куда это она вечером, да на пару часиков?! И вообще — не напрасно ли он женился? Потом успокаивает себя, берется за специальную литературу, начинает листать толстые и тонкие журналы с умными и честными статьями о счастливых и несчастных семьях. Натыкается, к слову, на цифры, в которых сообщается, что чуть ли не половина молодых семей распадается меньше чем через полгода после свадьбы. А еще он узнает, что, по подсчетам социологов, для покрытия недостатка рабочих рук в стране потребуется, чтобы в каждой семье было минимум 2,6 ребенка. «А если каждый вечер будут происходить ссоры, то не только 2,6, но 0,5 ребенка станет невозможной мечтой»,— думает герой.

И он начинает мыть посуду, размышляя, кто же все-таки виноват в этих самых разводах? Кто же не подготовил его к семейной жизни? Отчего многое он узнает только сейчас, когда ситуация уже не моделируется, а существует?

Ответ приходит довольно быстро: «Школа!» И он идет в школу.

А придя, с радостью узнает, что теперь все обстоит иначе — введен новый курс «Этика и психология семейной жизни». «Вот здорово,— думает герой.— Теперь-то будущие супруги будут гарантированы от ссор, неустроенности, психологического дискомфорта!» Но эти его размышления достаточно быстро сводит на нет беседа с любимым учителем, который сообщает: урок-то введен, но вот зеленый свет ему, увы, не открыт. И потому ставят его, как правило, последним, седьмым в расписании, более того, урок этот вытеснил из программы один академический час в неделю, который раньше предназначался для изучения литературы. Нетрудно подсчитать, сколько часов, отведенных на «Онегина» и «Войну и мир», потеряли школьники, приобретя взамен «Этику и психологию...»

«Но ведь приобретение-то того стоит»,— наивно замечает наш герой. А учитель скептически качает головой и продолжает свой рассказ, который раскрывает еще одну сторону проблемы,— курс введен, а с преподавателями плоховато. Вот и ведут занятия в разных школах физики, химики, биологи… И каждый ведет по-своему. Один, например биолог, делает акцент на физиологические аспекты проблемы, словно забывая, что в восьмом классе уже был пройден предмет — гигиена: отдельно для девочек, отдельно — для мальчиков. А новый-то курс делает упор на нравственную сторону прежде всего! Вот, достаточно посмотреть учебник.

— Хороший учебник, — восклицает наш герой после ознакомления, — мудрый, тактичный.

Все верно, книга Т. М. Афанасьевой «Семья» действительно написана интересно. Нет в ней излишнего менторства, ложной щепетильности, автор использовала современные материалы. Очень полезная, можно даже сказать, изящно сделанная книга. Но в классах ее — по три-четыре экземпляра! Такая ситуация сложилась и в столице, и в Московской области, да и в других регионах страны дело обстоит не лучше. Кое-где учебник зачитывают на уроках. Вслух! А книга-то рассчитана на индивидуальное чтение. Она интимна по сути. Вот и получается — зачитают абзац, а в классе непременно найдется один «умник» из тех, что даже в слове «окно» готовы сыскать пошлый оттенок. И все. Урок — насмарку. Кстати говоря, прочти он сам эту книжку на досуге, без посторонних глаз, наверняка не стал бы хихикать — уж очень серьезных проблем касается учебник.

— Если так трудно с учебниками, то уж, во всяком случае, должны быть во всеоружии педагоги,— примерно так скажет наш герой.

И снова услышит возражения. И даже увидит. В виде методического пособия для учителей. И прочтет, например, что такое способности. «Способности. Это такие особенности личности, от которых существенно зависит успешность выполнения определенных видов деятельности». А на следующих страницах познакомится с такими же определениями темперамента, характера...

— А что,— удивится герой,— разве неправильно?

Да нет, все правильно. Но какой же уважающий себя педагог захочет снабжать школьников такими тяжеловесными формулировками?

А вот узнать, как проводить деловые психологические игры,— всем хочется. Но ни о ролевых играх, ни о проигрыше ситуаций с вопросами вроде «Как бы ты поступил?» в пособии не говорится ни слова.

И тогда герой решается на последний шаг — он садится за парту. В класс входит учитель (или лектор общества «Знание» — такой вариант тоже в арсенале подрастерявщейся школы) и начинает читать лекции о том, что семья — ячейка общества, а вступать в брак возможно лишь с определенного возраста, что строить семейный бюджет надо умеючи, а деньги тратить экономно, жену надо любить и мужа надо любить тоже...

А по классу летают записки, и кто-то списывает математику... И все это настолько типично, что нашему идеальному герою не надо внедряться в конкретную школу — он может зайти практически в любую, и его встретит такая же точно картинка. Все те же вопросы нехватки педагогов, учебников, отсутствие методик и прочее, прочее, прочее... Что свидетельствует о неготовности школы к введению очень нужного и важного курса. И снова мы говорим об энтузиастах. О тех, чьими усилиями даже в этой атмосфере неготовности курс успешно и полноправно входит в учебное расписание. Как, например, в Истре, в школе номер четыре. У той самой Татьяны Алексеевны Беловой, о системе которой я говорил в начале этих заметок и опытом которой мы пользовались на протяжении всей статьи.

Первое, что сделала Белова,— установила факультативный порядок посещения занятий. И добилась тем самым абсолютной посещаемости уроков! Нет скучных пустопорожних лекций, зато есть ролевые игры, темы которых Белова выдумывает вместе с ребятами, так же, как и героев. Его и Ее. Которые, бывает, ссорятся и мирятся, заходят в тупик в конфликтной ситуации и не всегда немедленно находят из него выход. И все это, вместе взятое, вполне можно назвать соавторством учителя и учеников, сделавших курс настоящим уроком семейной жизни. А если вы не верите, что все именно так и обстоит,— познакомьтесь с ответами на один только вопрос: «Нравится ли тебе новый предмет?», на который отвечают истринцы.

Сергей Журавлев:
— Я этот предмет очень люблю. Но отношусь к нему все же не так, как к математике, физике. Не то чтобы он казался мне менее серьезным, но все же я иду на него отдыхать. Мне это очень интересно. Я вижу знакомых людей совершенно по-новому. А во-вторых, там можно просто пообщаться, обменяться мнениями. Непосредственно. Честно и без стеснения. Думаю, что это уже немало.

Ирина Титова:
— По-моему, новый предмет ничего не стоит, если его преподает человек, лишенный чувства юмора. Нам повезло, потому что Татьяна Алексеевна — непосредственна, умеет самых тонких вопросов касаться легко, без смущения или излишней серьезности. Если этого не будет, с таким человеком попросту не будешь откровенен.

Оксана Головкина:
— По-моему, если в семье нет подходящего климата, значит, не может быть нормальной работы, нормального отношения к людям. Поэтому новый предмет исключительно важен. Только мало пока еще дополнительных пособий — кинофильмов, например, книг просто для чтения, написанных легко, весело.

Андрей Г.:
— Не думаю, что есть необходимость вводить новый предмет. На школьном уроке не научишься общению. Азы совместной жизни, общения, коммуникабельности каждый постигает сам и только на практике. Всему не научишь, всех ситуаций не предусмотришь. Не верю в то, что это способно серьезно изменить ситуацию в молодых семьях. Жизнь настолько непредсказуема и полна неожиданных возможностей, что универсального средства предотвращения конфликтов в семье быть не может. А уроки Беловой мне нравятся, и я на них хожу.