?

Log in

No account? Create an account
Дмитрий Львович Быков, писатель
"Хоть он и не сам ведет ЖЖ, но ведь кому-то поручил им заниматься?" (c)
блин... 
20th-Jul-2018 11:07 pm
berlin
Дмитрий Быков по окончании лекции ОТКРЫТЫЙ УРОК: МИХАИЛ ЛЕРМОНТОВ «ГЕРОЙ НАШЕГО ВРЕМЕНИ» в лектории ПРЯМАЯ РЕЧЬ от 25-го марта 2017 года:

[Дмитрий Быков:]
— Вас ожидает сегодня неприятный сюрприз. Помимо лекции по «Тамани» и по «Герою [нашего времени]» в целом вам надо будет ещё на 20 минут задержаться, потому что на меня внезапно упала дорогая и престижная работа и мне хотелось бы сделать её вашими руками. Потому что редактировать журнал для подростков я уже стар, да и, честно говоря, не знаю я, нужен ли подросткам журнал. Сегодня мы с вами будем это обсуждать. Но это через примерно час. Это для того, чтобы никто не сбежал раньше времени. Современного подростка прельщают не столько деньги, сколько чувство собственной значимости. Сегодня оно у вас возрастёт экспоненциально.

[лекция]

Теперь, когда вы уже как следует загружены, поговорим о деле. Есть ли из вас тот, кто хочет хотя бы в отдалённой потенции быть журналистом? Руки поднимать не обязательно, можно с места сказать «да». Есть такие люди, да? Смотрите. Есть хороший детский журнал, есть помещение большое, в котором он сидит, четыре больших помещения, есть компьютеры… (здесь на Маяковке, причём) …есть компьютеры, есть полиграфические возможности, есть тираж. Надо сделать ему ребрендинг, превратив его в журнал для читающих и думающих подростков, т.е. типа вас. Читать этот журнал должно быть модно. Я представляю его себе как «Сноба» или «Афишу», но для тех, кому 15-17 лет. Все вы, вероятно, наслышаны о такой теме как «синие киты», да? Все знают этот бред. Ну, действительно смешно, да? Так вот мне бы хотелось, чтобы модны были не «синие киты» (которые на деле оказались просто тестом на интеллект), а чтобы модным было чтение вот такого журнала. Каждый номер его я предположительно делал бы тематическим, посвящённым одной проблеме. Например, проблема самоубийства: имеет на него человек право, или надо отговаривать. Я, например, считаю, что отговаривать не надо, потому что самоубийца просто расчищает место для более серьёзных и удачливых людей, он looser в сущности. Есть такая точка зрения, а есть другая точка зрения. Следующей темой мог бы быть сон. Потому что, скажем… Я вот, например, знаю, что сны всегда что-то подсказывают. А кто-то скажет, что это полный бред. Следующей темой могла бы стать эволюция. Я ни в какую эволюцию не верю и считаю, что каждый новый вид появляется спонтанно. А масса эволюционистов уверены, что я обскурант и невежда. И здесь могли бы быть монологи детей, хорошо знающих биологию, и детей, хорошо знающих теологию, например. Т.е. это, понимаете, это должен быть журнал как для взрослых, но с той поправкой — что умней. Ну, потому что дети умнее, это ясно. Они сталкиваются всё время с проблемами более серьёзными. Любовь в 15 лет это более серьёзно, чем в 45 (можете мне поверить), да? Потому что в 15 из-за любви можно наделать глупости, а в 45 в лучшем случае (я там не знаю) испортить себе настроение, напиться. Поэтому я бы предлагал сделать такой журнал для умных школьников. Как вы полагаете, во-первых, может ли такой журнал найти сегодня аудиторию?

[реплика из зала:]
— [нрзб.]

[Дмитрий Быков:]
— Да? Т.е. вы бы стали его читать?

[реплика из зала:]
— Да.

[Дмитрий Быков:]
— Да. Второй вопрос очень сложный. Здесь следует подумать. Должен он быть сетевым или бумажным? Я настаиваю на том, что бумажным. Потому что в России сакрально только печатное слово, а сетевое слово — это плюнуть в вечность, да? Да.

[реплика из зала:]
— Я считаю, надо делать такую и такую версию.

[Дмитрий Быков:]
— Чего?

[реплика из зала:]
— Я считаю, что надо делать такую версию и такую.

[Дмитрий Быков:]
— Ну, слушайте, если мы сделаем сетевую, то кто его будет покупать?

[реплика из зала:]
— Его можно сделать в сети популярным.

[Дмитрий Быков:]
— Я не думаю, что он будет популярен в сети.

[реплика из зала:]
— Можно говорить о нём в сети.

[Дмитрий Быков:]
— Вот! Вот это правильно: говорить о нём в сети можно сколько угодно, и сообщество его фанов может быть в сети. Но материалы его должны быть печатными. Понимаете, ребята, сейчас в моде всё-таки винтаж, понимаете? Меломан не будет слушать вини… ну, там электронную музыку, он послушает виниловую. Потому что… Ну как вам сказать? Журнал, лежащий в сети,— это безответственность. В сети слово ничего не весит. А слово, напечатанное на бумаге… ну, этим можно, конечно, подтереться, но вот забыть об этом уже нельзя. [смеётся]

Следующий вопрос для меня тоже принципиально важный. Значит, я считаю, что редакция этого журнала должна функционировать в довольно необычном режиме. Он не должен делаться стандартной редколлегией. Это должен быть клуб, куда собираются раз в неделю желающие… (в большом помещении) желающие делать этот журнал. Они проводят мозговой штурм, после чего раздают задания и идут писать. Т.е. это должен быть клуб, понимаете? У меня есть такое… Вообще в России всё делается в трёх форматах всегда: формат секты, мафии и салона. Это три вещи, в которых… Кружок, понимаете? И мне кажется, что этот журнал должен быть странной помесью секты, салона и мафии. Мафией должно быть его распространение. Он должен распространяться только в киосках определённого типа. И чтобы это был один киоск в городе. И чтобы к этому киоску раз в месяц, когда появляется журнал, стоял хвост из подростков, крашенных во все цвета радуги и абсолютных фриков. Я вообще за то, чтобы делать журнал для фриков, потому что фрики правят миром, да? Нормальные люди никому не интересны. Значит, раз в месяц в одной точке, о которой никто никогда не знает, о которой оповещают друг другу по сети, выстраивается этот хвост. Причём тираж этого журнала должен быть небольшим, как у «Сноба», чтобы это была элита элит, избранные избранных, да? И материалы, которые в нём помещаются должны быть написаны подростками. Они должны быть абсолютно провокативны, да? Т.е. подросток вместо того, чтобы ставить над собой суицидный эксперименты, должен писать туда. Хотя если он будет ставить суицидные эксперименты, я тоже не особенно о нём пожалею в конце концов. Я же говорю: это looser’ы. Но если он будет вместо того, чтобы пить, этот журнал читать и в него писать, мы можем получить очень дельное поколение, да? А теперь меня интересует, каких бы тем вы туда накидали?

[реплика из зала:]
— Диана Шурыгина.

[Дмитрий Быков:]
— Чего? Диа что?

[реплика из зала:]
— Диана Шурыгина.

[Дмитрий Быков:]
— А-а-а, это Диана Шуры… Мне послышалось диагноз Шурыгиной, что тоже… [смех в зале] А вот, слушайте, Диана Шурыгина — это сильная тема. Причём, понимаете, я бы с удовольствием послал какого-нибудь подростка взять у неё интервью. Знаете, почему? Потому что, если взрослый человек будет брать это интервью, она потом скажет, что он её изнасиловал. А это у неё уже know-how. А если это сделает подросток, то тогда ещё кто кого изнасилует, понимаете? Вот… А давайте сделаем номер про Шурыгину. Это круто. Кому-нибудь было бы интересно взять у неё интервью? Теоретич… Что, серьёзно? [смех в зале] А что, а вам не понятно, что она может сказать? Мне каждая её реплика понятна на пять вопросов вперёд.

[реплика из зала:]
— [нрзб.]

[Дмитрий Быков:]
— Да. А нет, я понимаю, что мальчики в основном тянут руки. Вы хотите познакомиться, ребята? Это понятно. Один уже познакомился. Шурыгина, хорошо. Ещё темы какие вас интересуют? Чего?

[реплика из зала:]
— [нрзб.]

[Дмитрий Быков:]
— Меня вот очень интересует тема здорового образа жизни. Мне кажется, что более самоубийственного способа жить не существует. [смех в зале] Вот, например, Майкла Джексона тому порукой. Он уж так был здоров, да? Ну вот, т.е., понимаете, фитнесс, например, страшно вредная вещь, по-моему, диета — вообще кранты. Люди умирают от этого. Ещё, да-да.

[реплика из зала:]
— Я думаю, какие-то политические темы.

[Дмитрий Быков:]
— Какого рода?

[реплика из зала:]
— Ну, не знаю.

[Дмитрий Быков:]
— Монархия. Да? А ничего, правда? Вот, слушайте. Чем эта тема интере…

[реплика из зала:]
— Монархии сейчас [нрзб.]

[Дмитрий Быков:]
— Безумно актуально. Обратите внимание, Александр Введенский (обэриут) сказал: «Я монархист, потому что при этой системе власти иногда на трон случайно может попасть порядочный человек».

[реплика из зала:]
— Иногда случайно.

[Дмитрий Быков:]
— Да, иногда случай… А вот при выборах, при демократии, это невозможно, да? Ещё идея? Нам надо сейчас их придумать на год. Да.

[реплика из зала:]
— Можно, например, чтобы вот в этой комнате обсуждали людей, которые примеры для молодёжи.

[Дмитрий Быков:]
— Да. Кто пример для молодёжи, да? Диана Шурыгина, разумеется.

[реплика из зала:]
— [нрзб.] которые реальный смысл такой…

[Дмитрий Быков:]
— Путин пример для молодёжи?

[реплика из зала:]
— Да. [нрзб.]
— Он же лысый.

[смех в зале]

[Дмитрий Быков:]
— Тебя это тоже ждёт. Нет, ну это… Да, чего? Кто пискнул «можно»? Можно, здесь всё можно. Говорите. Идей нет больше?

[реплика из зала:]
— Музыку какую-то.

[Дмитрий Быков:]
— Слушайте, а интересно обсуждать музыку? Поп-культура интересна, но…

[реплика из зала:]
— Чтобы некая была помощь в ориентации в ней.

[Дмитрий Быков:]
— А, помощь в… Не, ну тогда в этой… в этом журнале должна быть тетрадка, которую ведёт кто-то умный типа вас, который объясняет, почему данный фильм надо смотреть, а данный не надо, да? Ну, т.е. в каждом номере должна быть культ-среда.

[реплика из зала:]
— [нрзб.]

[Дмитрий Быков:]
— Фильмы хорошая идея. Но там надо обсуждать конкретную картину, конечно. Да, чего?

[реплика из зала:]
— Может быть, про интернет?

[Дмитрий Быков:]
— Знаете, вот интернет слишком широк. Я бы сделал тему «телевизор». Я вам скажу. Я живу без телевизора.

[реплика из зала:]
— Я тоже.

[Дмитрий Быков:]
— Вы тоже, да? А вот есть люди, понимаете, одинокие, для которых телевизор лучший друг. Ведь, понимаете, какая вещь. Если что-то бурбулит у вас в комнате, говорит какую-то чушь, ну не так страшно. Понимаете? Страх одиночества жуткое дело. Вот если вам придётся когда-нибудь быть в командировке и сидеть в гостинице, например, в номере, где до вас разворачивались какие-то страсти, трагедии, ну, вот вы чувствуете, что вам неуютно. И за окном ночь, и чужой город, понимаете? А ещё гостиница такая советская, потёртая, да? Стол в пятнах от стаканов. И вот это множество чужих неудачных жизней наваливается на вас, как подушка, и душит. Вы включаете телевизор, да? И рядом с вами поселяется зловонная, ужасная, но живая душа, да? Вот… как говорит моя возлюбленная: «иногда так хочется напиться невкусной вонючей водки». Вот это и есть это чувство. Поэтому номер, посвящённый телевизЕру, я бы вам…

Вы, кстати, знаете зачем нужен телевизор? Телевизор — это прибор для гадания, для определения судьбы. Надо переключить 10 каналов, записать первые фразы, которые вы услышите на них, и эти 10 фраз будут пророчеством о вашей судьбе на ближайшие месяцы. Вот только за этим нужен телевизор, понимаете? Это гадательный прибор. Но… и, кстати, я много раз это проверял. Вот, пожалуйста, да? А есть ещё… помните, замечательная фраза Пелевина: «Есть буддийский способ смотреть телевизор». Он заключается в том, чтобы не смотреть телевизор. Вот это совершенно так. Сделаем это. Ещё темы, какие вас могли… Да, Настя.

[реплика из зала:]
— Можно какие-то, ну грубо говоря, как выжить действительно в учебных заведениях, особенно если ты новенький.

[Дмитрий Быков:]
— Я бы шире развернул эту важную тему: травля. Что делать с травлей? Понимаете, вы ведь сталкивались, наверняка, да? Либо травили вы, либо травили вас…

[реплика из зала:]
— А вообще, а вот допустим какое-то… есть какое-то слово что ли — как жить с этим, как не бояться это высказывать.

[Дмитрий Быков:]
— Вообще как не бояться? Понимаете, я вам честно скажу, что страх одно из самых вредных чувств.

[реплика из зала:]
— [нрзб.] комплексы.

[Дмитрий Быков:]
— Да. Вот. А комплекс полезная вещь, ребята. Если комплексов не будет, то будет… то будет Захар Прилепин, понимаете? Хотя у него, наверное, такие комплексы, которые мне даже не снились. Да, вот ваш вариант.

[реплика из зала:]
— У меня есть ещё одна идея по поводу школы.

[Дмитрий Быков:]
— Да.

[реплика из зала:]
— Отношение не с твоими одноклассниками, а с учителями, когда [нрзб.].

[Дмитрий Быков:]
— Это вообще (сейчас, секунду), это вообще живая тема, потому что… да, вот учитель — это сверхчеловек или это товарищ? Я, например, считаю (простите меня), априорно я считаю, что панибратства с учителем быть не должно. Даже у вас со мной его нет, хотя я здесь не учитель. Но это потому, что вы меня сильно уважаете, конечно, не говоря уже о том, что я значительно старше вас. Но учитель — это ещё, понимаете, страдалец, это мученик. Пять уроков ежедневно — это, я вам скажу, не хрен, да? Поэтому… Или не сахар, если угодно. Поэтому я бы вот об учителях… я бы очень подумал. Это очень больная тема, да? Да, пожалуйста.

[реплика из зала:]
— Наркотики.

[Дмитрий Быков:]
— Понимаете, тут нужно поле для столкновения мнений. А в чём здесь… Кто-то думает, что наркотики это добро? Мне кажется, здесь поле для столкновения может быть другое — как соскакивать. Потому что вот так соскакивать, как Ройзман предлагает: когда человека приковывают и месяц кормят чесноком. Это интересный способ. Ему после этого не то что наркотики, ему после этого… [смеётся] встать трудно. Это интересная мысль, да? Как можно соскочить. Вы знаете, что есть такая идея, что можно соскочить только с одной зависимости на другую. Например, с героина на массовые убийства. А тут ещё следует подумать очень сильно. В таком разрезе я эту тему возьму.

[реплика из зала:]
— Можно на [нрзб.] вскочить.

[Дмитрий Быков:]
— Извините. Это, к сожалению… Да, чего?

[реплика из зала:]
— Можно, например, о пропаганде среди детей. Неся какой-то бред [нрзб.] Шульгин может стать популярным.

[Дмитрий Быков:]
— Слушайте, вот вы действительно верите в то, что пропаганда действенна?

[реплика из зала:]
— Действенна. У меня у одноклассника есть такой отец.

[Дмитрий Быков:]
— Ну отцы… Ну вы же понимаете, что ваш одноклассник или ещё какой-то ваш со… они не верят в это, но им нравится быть говном по тем или иным причинам.

[реплика из зала:]
— [нрзб.]

[Дмитрий Быков:]
— Да ничего… Ваня! Ни во что он не верит. Он прекрасно всё знает. Ему нравится быть свиньёй. Но это естественно, потому что для человека нет большей радости, как отмена морального запрета, понимаете, да? Нет, ну если он верит, то бывают и такие. Ваня, бывают клинические случаи, конечно. У меня был человек, который верил (знакомый) в то, что, если съесть таракана, будут деньги. Сколько он их сожрал, вы себе не представляете… Да, приметы интересная тема, суеверия. Мне кажется, что это очень… Да, чего?

[реплика из зала:]
— [нрзб.] тему образования.

[Дмитрий Быков:]
— Ну.

[реплика из зала:]
— Тайны домашнего образования.

[Дмитрий Быков:]
— Интересная тема.

[реплика из зала:]
— Религия.

[Дмитрий Быков:]
— Религия — вернёмся, да. Насчёт домашнего образования. Кто-нибудь из присутствующих желал бы получать домашнее образование?

[реплика из зала:]
— Я получаю.

[Дмитрий Быков:]
— Почему? Вот поче… И ты хочешь?

[реплика из зала:]
— Я сменила семь учебных заведений и ни одно не понравилось.

[Дмитрий Быков:]
— Да? Я прошёл все семь классов подряд… Почему, Настя? Ты такой социализированный человек.

[реплика из зала:]
— [нрзб.] стала.

[Дмитрий Быков:]
— Это мне одна девушка в моей школе пожаловалась: «Я вот училась в прежней школе, такая была отвратительная школа, я вынуждена была оттуда перейти, никто меня не понимал». На следующий день я узнал, что она вынуждена была перейти потому, что она сменной обувью своей подруге пробила голову. Ну это вот никто её не понимал. Понимаете? Сменила школу. Настька, мне страшно думать, что ты творила. Нет?

[реплика из зала:]
— Я переходила по собственному желанию. Просто были случаи, когда вот ребёнка заставляли есть рыбный суп. Он говорил: «У меня аллергия». А ему говорят: «Ешь». И, короче, он ел.

[Дмитрий Быков:]
— Ребята, дай бог, чтобы это было вашей главной проблемой. У большинства проблема — отсутствие супа. Нет, Настька, я тебя понял, конечно. Слушайте, давайте сделаем номер, посвящённый домашнему… Пушкин считал, что домашнее обучение развращает и что ребёнок должен не просто учиться в школе, а жить с ней, как в лицее. Потому что дома дети видят безнравственность, разврат и рабство. Но это потому что он сам дома не имел. Хорошая тема, кстати говоря, да? Ведь кто из вас отказался бы пожить в Хогвартсе? Все были бы за. А я считаю, что Хогвартс это довольно страшное место, да? A propos возможен ли русский Хогвартс?

[реплика из зала:]
— Нет.

[Дмитрий Быков:]
— Русская закрытая школа.

[реплика из зала:]
— Нет.

[Дмитрий Быков:]
— Почему? Кто мне объяснит?

[реплика из зала:]
— [нрзб.]

[Дмитрий Быков:]
— А я знаю, что она невозможна. Но почему? Вот этого я не понимаю. Я знаю, что если попытаться построить… Ну.

[реплика из зала:]
— Ну, может быть, у нас не так развален институт семьи, как на Западе.

[Дмитрий Быков:]
— А-а-а, т.е. у нас дома лучше, чем в школе. Нет, ребята. Институт семьи у Гарри Поттера вовсе не был развален. Дурсли были милейшие люди. Да, чего? Сейчас, секунду.

[реплика из зала:]
— Я считаю, что [нрзб.] и любить школу, и там…

[Дмитрий Быков:]
— Ну да, у нас это был бы концлагерь. Понимаете, вот ужасно это говорить и зачем я вам это говорю, но это было бы так. Вот это кошмар, да? Хорошо, давайте первый номер, если честно, сделаем вот про русский Хогвартс. Мне эта идея нравится. Теперь я перехожу к самому щекотливому вопросу. Отцы (и матери, соответственно), готовы ли вы писать бесплатно какое-то время, пока этот журнал не начнёт отбиваться?

[реплика из зала:]
— Да.

[Дмитрий Быков:]
— Да?

[реплика из зала:]
— Да.
— Да.

[Дмитрий Быков:]
— Удивительно бескорыстное поколение. Но вы понимаете, что ответом вам будет слава, да? Т.е. вы будете получать славу за это. А какова может быть цена в розницу одного номера, продаваемого в киоске?

[реплика из зала:]
— Не больше пятидесяти рублей, чтобы каждый… как можно больше [нрзб.].

[Дмитрий Быков:]
— Не больше пятидесяти рублей вы полагаете? Я полагаю не меньше пятисот никак.

[реплика из зала:]
— Пятьсот точно.

[Дмитрий Быков:]
— Ну 500, конечно. Вот мы, затравленные люди, понимаем, что 500… Слушайте, ну номер «Сноба» стоит ты-ся-чу. Вы мне на это скажете, что у ребёнка нет пятисот рублей, да?

[реплика из зала:]
— Нету.
— У кого сегодня есть такие деньги? Никто не станет что-то…

[Дмитрий Быков:]
— Во-первых, люди готовы платить только большие деньги. Если они видят, что что-то стоит 50 рублей, они это элементарно не купят, да? Когда он видит вглубь Земли, так он не стоит три рубли [«Коль прут сей видит вглубь земли, так он не стоит три рубли, а коль он стоит три рубли, так он не видит вглубь земли»]. Понимаете? Вот классический вариант — доктор Волков. Он очень дорого берёт за консультации по диетам. Я как-то спросил его почему. Он сказал: «Если человек дёшево заплатит за консультацию диетолога, он не будет соблюдать диету. А выбросить на ветер 20.000 ему жалко. И он будет жрать то, что я скажу». Интересная мысль. Поэтому, слушайте, насчёт розничной цены я бы очень сильно подумал. Я против того, чтобы его делать дешёвым, понимаете? Мы подумаем потом ещё над вариантами распространения. Скажите мне, кто из вас имеет талант маркетолога? А с чего ты взяла? «Кто тебе сказал это, дядя Юлиус?»

[реплика из зала:]
— [нрзб.]

[Дмитрий Быков:]
— Правда? Хорошо. Кто из вас… Молодец. Я тебя запомнил. За провал этого издания ты будешь отвечать мне лично. Секунду, да? Вы знаете, в России опаснее всего вызваться. Вторая вещь. Кто обладает хоть каким-то талантом компьютерной графики? Потому что оформление здесь надо… Ты умеешь? А ты рисовать умеешь?

[реплика из зала:]
— Я на дизайнера учусь.

[Дмитрий Быков:]
— «Здравствуйте, мне нужны ватман, кульман и рейсфедер». «Таких не держим». «Вы не поняли, я дизайнер». «Я вижу, что вы не Иванов». [смеётся] Кто ещё там руку тянул? Что, и рисовать можешь?

[реплика из зала:]
— Я учусь на [нрзб.]

[Дмитрий Быков:]
— Правда? Да? Можешь нарисовать предмет так, чтобы было похоже? Вы же понимаете, художник это не тот, кто рисует «Чёрный квадрат», да?

Хорошо, я всё понял. Значит, давайте к завтрашнему дню, если я вернусь живым на лекцию о «Чистом понедельнике»… Вы себе не представляете с каким подъёмом, с каким воодушевлением я буду её читать, если меня не схватят на Тверской. Вы не вздумайте туда ходить. Потому что я заинтересован в том, чтобы аудитория присутствовала в полном составе, да? И не отмутуженная, да? Значит, к следующему разу каждый приносит мне по две темы. Не по три, по три ребёнок не может выдумать. Две темы, которые интересны.

[реплика из зала:]
— [нрзб.]

[Дмитрий Быков:]
— Ваня, ну… если у тебя есть фонтан, дай отдохнуть и фонтану, пони… Знаешь, принеси хоть десять, я только рад.

Значит, здесь сидит Настя Егорова. Покажись мне, Егорова, я из-за прожекторов тебя не вижу. Настя Егорова — студентка журфака, человек, будет который всё это курировать.

[реплика из зала:]
— [нрзб.]

[Дмитрий Быков:]
— Ну, она закончила уже, она выпускница. Она спецкор «Новой газеты», человек, которого в «Новой газете» боятся, и я её боюсь. Как известно… Да, садись, Егорова. Все тебя увидели. Как известно, чтобы вовремя сдавались материалы в номер, ответственный секретарь должен быть боксёром. Он должен просто приходить и бесконечно печально смотреть. Но последствия должны быть понятны. Вот Егорова бульдог. Поэтому в течение месяца мы с вами должны сделать номер, который бы читался взахлёб, передавался бы из рук в руки (при тираже стартовом 5.000 экземпляров) всеми подростками России, чтобы название этого журнала было паролем, чтобы попасть раз в месяц на редколлегию (вот здесь — на Маяковку) было тайной мечтой всех наркоманов и распутниц из всех самых ужасных школ, а пускали бы только умных, да? Т.е. понимаете, да? Задача элементарная. Для нас с вами решить её легко. Значит, сейчас все, кто хочет работать по журналу, осторожно, не создавая давки, подходят к Егоровой и оставляют ей свои имена и телефоны. Завтра вы все приносите мне темы. С понедельника мы начинаем работать. Пока!

[реплика из зала:]
— А когда первое собрание?

[Дмитрий Быков:]
— Первое собрание, когда темы… [обрыв записи]


Дмитрий Быков по окончании лекции ОТКРЫТЫЙ УРОК: ИВАН БУНИН «ЧИСТЫЙ ПОНЕДЕЛЬНИК» в лектории ПРЯМАЯ РЕЧЬ от 26-го марта 2017 года:

[Дмитрий Быков:]
— Теперь давайте поговорим о тех темах, которые вы придумали. [стенограмма отсутствует, аудио с 43:50]


Дмитрий Быков в программе ОДИН от 27-го апреля 2018 года:

«Хочется спросить о проектах, которые были вами активно заявлены, но почему-то не заработали и не выявили результатов. Журнал «Послезавтра» так и не родился».

Ну, он не родился, потому что он требовал денег, а денег не было. Я не умею их выбивать. Получать гранты от государства я не хочу принципиально. На другое просто у меня не было ни времени, ни сил. Понимаете, когда я бросил клич насчет того, чтобы мне присылали вот эти статьи молодых ученых, чем они занимаются, я получил много прекрасных текстов, но с этими текстами надо было работать, приводить их в формат. Нужен был редактор, нужно было помещением. Всего этого у меня не было. Ну а потом, мы планировали делать это на базе МПГУ, а потом я оттуда ушел, и сейчас я этим не занимаюсь.

Что касается проекта «Второе поколение» на площадке «Прямая речь», то там двадцать лекций была прочитано самыми разными людьми: и Алей Сабитовой, и Костей Ярославским, замечательная была лекция про Ницше, и были лекции про Линча, сейчас опять будут читать. Дело в том, что просто студенты в силу своей студенческой специфики много времени проводят за границей, а еще больше времени проводят во время учебы и на сессии, их не всегда вытащишь читать. Но я совершенно не собираюсь это бросать. И многие молодые будут у меня выступать, читать стихи, рассказывать. С этим мы ничего заканчивать не планируем.


В мастерской в «Новой школе» мы начали с детьми делать действительно журнал, пока портал интернетный, который будет называться «Блин» — не только потому, что это самое распространенное слово в подростковой среде, а потому, что это первый блин комом. Там набралось их тридцать человек, хотя изначально был костяк из десяти. Каждый хочет быть начальником, они постоянно выясняют отношения. Но они уже разработали формат. Это будут такие колонки. Это будут дети, пишущие о том что им интересно. Каждый будет писать на своем уровне. Ну, примерно так, как я напечатал эти сочинения в рубрике «8-Б жжет». Вот это будут такие колонки детей обо всем, что они думают. Они активнейшим образом этим занимаются. Но я к этому никаким образом не хочу быть причастен, потому что мне кажется, что они должны делать это сами, что моего влияния здесь быть никакого не должно. А вот особенно интересна мне мастерская «Бейкер-стрит». Это студия по расследованию великих загадок прошлого.


Дмитрий Быков в программе ОДИН от 19-го июля 2018 года:

«У меня с детской газетой ничего не получается. Я, наверное, плохой педагог. А как у вас с детской газетой?»

Ну они пишут чего-то. Я не слежу, честно говоря, потому что сейчас лето. Когда мы делаем в «Собеседнике» рубрику «8-Б жжет» [РАЗ + ДВА + ТРИ], они очень успешно и быстро, и с удовольствием выполняют задания, то есть пишут на заданную тему. Когда-то анонимно, когда-то, когда они настаивают, я даю фамилии и имена, я даю на это полное право. В принципе, я довольно легко отношусь к их творчеству: хотят — будут писать, не хотят — не будут. Для меня проблема детской газеты очень важна, очень насущная проблема в одном: я в одном убедился, что на откуп детям, на самоуправление детям этого давать нельзя, потому что дети, как сказано было у Ленина о Сталине в Письме к съезду, «чересчур хватают в администрирование». Они обожают назначать, кто главный, вечно выясняют, у кого какие полномочия. Это инфантильная черта — потому что профессионализма еще нет, а жажда власти уже есть, такое дикое властолюбие: «а за что я отвечаю», «а господин назначил меня любимой женой», «а господин назначил меня главным редактором», «а я главнее», «а вот к такому-то сроку написать». А писать они еще при этом не умеют. Они умеют диктовать, навязывать. Поэтому нужен человек, у которого много времени на правку, на переписывание их текстов, на работу с авторами. Там очень много болтологии всегда, очень мало фактуры, — обычные грехи молодого журналиста, когда он вместо того, чтобы писать репортаж, описывает свое состояние по дороге на репортаж. Это обычное, через что проходят все внештатники. Надо, наверное, с ними жестко работать. Я бы этим занялся, но сейчас вот… Это не вы плохой педагог, просто это трудное очень дело. Но детскую газету, Сережа, делать надо все равно. В России должна быть детская газета.
Comments 
21st-Jul-2018 09:37 am (UTC) - hyper
Хайп — это сильная тема.
21st-Jul-2018 05:43 pm (UTC)

"Я с хирургами дружил понарошку,
Я с хоругвями придал эпатажу.
Но прикольная из кожи одежка
Оказалася для ебли бандажем" (c)
This page was loaded Oct 23rd 2019, 10:01 am GMT.