Алексей Евсеев (jewsejka) wrote in ru_bykov,
Алексей Евсеев
jewsejka
ru_bykov

Category:

Дарья Куликова // "Татьянин день" (молодёжный интернет-журнал МГУ), 28 сентября 2018 года

Война как искупление: «Июнь» Дмитрия Быкова

Дмитрий Быков уже дважды (в 2006 и в 2011 годах) становился лауреатом «Большой книги»; сейчас он один из основных претендентов на получение премии с романом «Июнь».

«Июнь» вышел в 2017 году в «Редакции Елены Шубиной». Необычна как идея книги, так и ее художественное воплощение, в котором одни увидели литературный эксперимент, другие ― недоработку автора. Роман состоит из трех самостоятельных частей, при этом первая занимает больше половины книги, а последняя ― только одну десятую. Части триптиха объединяет зачин («А вот Борису Гордону…», «А вот у Игнатия Крастышевского…»), время и место действия (СССР в 1939–1941 годах) и финал: каждая из историй заканчивается 22 июня, в самую короткую ночь, вспышкой в небе, которую видят персонажи книги. Быков описывает мир в предчувствии войны, и главный персонаж трех разных историй ― всепоглощающее чувство вины и ожидание близкой расплаты.

Первая часть повествует о студенте ИФЛИ Михаиле Гвирцмане, исключенном из института из-за доноса однокурсницы. Попытка поцелуя заканчивается обвинением в домогательствах, а комсомольское собрание превращается в сведение личных счетов. Взявшие на себя власть распоряжаться чужими судьбами студенты решают, что Мише как одаренному поэту будет полезнее повидать жизнь, чем прятаться в университетских стенах. Так интеллигентный мальчик из хорошей семьи опускается на социальное дно и содрогается, увидев, что таилось в недрах его души. Оказавшись за чертой, он ощущает свою безнаказанность и оказывается способен ударить женщину, растоптать и унизить приятелей, оскорбить сироту…

Как в тисках Михаил зажат между двумя женщинами, одна из которых ― его проклятие (предавшая его Валя), другая ― светлый ангел (начинающая актриса Лия). Именно из уст Лии звучит ключевая мысль романа ― о войне как о расплате за личные грехи. «Все это время растет, пухнет огромное, невыносимое зло… И это единственный шанс его убить». Только очень страшная война «сотрет все вот это, и с нее начнется новый мир. Уже навсегда».

Во второй части рассказывается история журналиста Бориса Гордона, баловня судьбы, наслаждавшегося жизнью и купавшегося в женской любви. Но и к нему система протягивает руки. Его любовницу Алю как бывшую эмигрантку арестовывают за шпионаж и отправляют в трудовой лагерь в Котласе, а чувствующая свою отверженность жена Муретта совершает неудачную попытку самоубийства и калечит себе лицо.

Здесь проходит тот же лейтмотив ― ожидание всемирной катастрофы, которая спишет все грехи. Приятель Гордона, Горелов, рассказывает о «сверхчеловечке», «графоманчике», вдохновения ради решившем в последние дни перешагнуть черту и сдавшем властям своих друзей. «Да ведь ничего не будет. Гадостей наделали, а никакого конца света не случится. И теперь с этим надо будет жить, просто жить. Такая ловушка», ― заключает Горелов.

Третья часть ― история Игнатия Крастышевского, обнаружившего в себе способность странным образом влиять на действительность посредством текстов. Одержимый филолог пишет Сталину письма с зашифрованными посланиями, заклиная сначала о мире, а потом ― о войне.

Персонажи книги имеют реальных прототипов из советской эпохи: Гвирцман ― поэт Давид Самойлов, Аля ― Ариадна Эфрон, Крастышевский ― писатель Сигизмунд Кржижановский. Эпиграф к роману взят из поэмы Александра Блока «Возмездие»: «Не чувствуя ни нужды, ни охоты/ заканчивать поэму, полную/революционных предчувствий,/ в года, когда революция/ уже произошла...» Возмездие призывают герои книги. Личными грехами они приближают общую катастрофу. Происходит нарастание зла в мире, за которым, согласно метафизическим законам, следует неизбежная расплата. Воздух романа наполнен предчувствиями. И хотя речь идет о событиях восьмидесятилетней давности, автор избегает называть роман историческим: он слишком близок сегодняшнему дню. Это роман-предупреждение об опасности новой войны.

Книга затягивает, временами читать ее жутко, но оторваться трудно. «Ни одна книга не давалась мне так трудно, как эта, но и ни одна книга не рассказывала обо мне так много ужасных вещей», ― признается писатель. Обо всех нас, живущих в переломную эпоху, и рассказывает «Июнь».
Tags: "Июнь", рецензии
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments