?

Log in

No account? Create an account
Дмитрий Львович Быков, писатель
"Хоть он и не сам ведет ЖЖ, но ведь кому-то поручил им заниматься?" (c)
Анна Валеева // "VK. THE SECRET GARDEN", 10 февраля 2019 года 
11th-Feb-2019 01:36 pm
berlin
THE SECRET GARDEN:

Анна Валеева, наш личный филолог, наконец-то добралась до хваленого «Июня» Дмитрия Быкова и осталась, мягко говоря, не очень довольна. Почему вдруг роман о двух годах перед Второй Мировой напоминает паблик «Подслушано» и фанфики про Гарри Поттера и Гермиону — читайте ниже.

Сырой, блеклый «Июнь» Дмитрия Быкова

У Дмитрия Быкова есть стихотворение, в котором он признается, что не обольщается насчет своего таланта:

У меня насчёт моего таланта иллюзий нет.
В нашем деле и так избыток зазнаек.
Я поэт, но на фоне Блока я не поэт.
Я прозаик, но кто сейчас не прозаик?

И мне хотелось бы верить в то, что это действительно так. Потому что, судя по роману «Июнь», прозаик он весьма посредственный.

Я очень уважаю Быкова. Когда-то я пересмотрела и перечитала все его лекции и эссе о литературе. Он прекрасный и талантливый преподаватель, «профессиональный читатель» — как он сам себя характеризует вполне заслуженно. Он и поэт неплохой — несколько достойных стихотворений у него точно найдется.

И тем сложнее объяснить ужасное впечатление от «Июня» — романа, вышедшего в сентябре 2017 года. Не буду пересказывать его странный сюжет: это уже сделала Галина Юзефович в своей статье, скажу только одно — не стоит тратить время на его прочтение.

Больше всего меня неприятно поразила стилистика романа. Стиль блеклый и сырой. Цитаты классиков и писателей ХХ века, которые Быков активно использует (в тему и не в тему), выделяются на фоне остального текста, как кочки на болоте. 500 страниц «Июня» можно спокойно прочесть за два дня, потому что задумываться над смыслами, оценивать метафоры и особенности не приходится — это все равно что читать паблик «Подслушано» или «КМП». Но только нужно помнить, что ты все-таки читаешь роман филолога и литератора, который знает, как строится художественный текст.

Приведу в пример свою «любимую» цитату, которая наглядно показывает обращение Быкова с метафорами:

«Мать с утра была на базаре и купила черешни — дорогой; себе, они, конечно, не покупали. Он не мог отказаться, и пока Аля еще спала, он в кухне ел эту черешню. И заметил потом, вытряхивая косточки в ведро, что они цеплялись за дно миски, не хотели падать, выигрывая, может быть, секунду — но выигрывая. Вот так и мы, подумал Борис, но не стал уточнять, за что мы цепляемся и куда падаем. Просто подумал, просто таково было ощущение».

После прочтения этого отрывка, у меня в голове было лишь три вопросительных знака в абсолютной пустоте. Что я только что прочла?

Люди, как косточки черешни, цепляются за жизнь, выигрывая секунду… Серьезно?

Галина Юзефович хвалит эротические сцены в «Июне». А я скажу, что они похожи по своему качеству и правдоподобности на не очень хорошие фанфики озабоченной четырнадцатилетней девочки, которая мечтает о том, чтобы Гермиона переспала с Гарри Поттером. Лучше бы на их месте были просто многоточия.

Я понимаю, что мысли и слова героев не равны авторским. Герой-резонер остался в эпохе классицизма. Но лейт-мотивом романа становится тезис, что русские безнадежно плохи, и их теперь исправит лишь катастрофа в виде еще одной европейской войны. Да и немцы не лучше. Может, еще евреи — куда ни шло, но все-таки нет. Вообще идея неизбежности Второй мировой войны доведена до болезненного абсурда в головах всех основных героев. Они не думают больше ни о чем и живут лишь мыслью о скорейшем наступлении Армагеддона, что кажется не очень натуральным даже в контексте конца 30-х. Про НКВД, заговор чекистов-психиатров, сумасшедшего филолога, который влияет через свои тексты на решения Сталина — стоит ли писать? Это все выглядит просто усталым бредом.

Возможно, у нас с Быковым просто очень разные понятия о том, что такое хорошая литература, потому что в романе он высказывает такую мысль: «Искусство отличается от жизни тем, что искусство нефункционально. Например, если в книге много персонажей, часть которых тут же исчезает и низачем больше не нужна, — прошел, передал пакет, провалился, — это книгу не портит».

Только этим убеждением, наверное, можно объяснить огромное количество проходных персонажей «Июня», которые совершенно ни для чего не нужны. Их второстепенные имена и фамилии мельтешат перед глазами, засоряя поле текста и никак не влияя ни на сюжет, ни на внутреннюю динамику развития основных персонажей.
Comments 
11th-Feb-2019 02:16 pm (UTC)
Да, Быков как романист совсем никакой. Стихи раньше были хороши. Публицистика была тоже неплохой. Короче, "хороший музыковед без слуха и голоса".
This page was loaded Sep 19th 2019, 8:51 pm GMT.