?

Log in

No account? Create an account
Дмитрий Львович Быков, писатель
"Хоть он и не сам ведет ЖЖ, но ведь кому-то поручил им заниматься?" (c)
Дмитрий Быков + Михаил Поздняев // «Общая газета», 5 марта 1998 года 
31st-Aug-2019 09:24 am
berlin
Большая политика на царских похоронах

За право стать последним пристанищем последнего царя бились три города: Москва, Петербург и Екатеринбург. Рвение трёх мэров сопоставимо разве со спором семи безымянных градоначальников греческих городов за звание родины Гомера. Остаётся пожалеть, что к спору Лужкова, Яковлева и Росселя не подключился мэр Костромы (откуда привезли в Москву основателя династии) или Ульяновска (где родился на свет преемник Николая). Или Киева (матери городов русских). Очень можно понять президента, решившего спор в пользу Петербурга и замыслившего захоронение как повод для очередного национального примирения. Не сумев стереть с лица земли Мавзолей в Москве, он решил построить альтернативный в Питере. Ход постмодернистский и вместе покаянный: разрушитель Ипатьевского дома реабилитирует себя как строитель чудотворный, реконструируя Петропавловский собор.

Сложнее обстоит дело с национальным примирением, один праздник которого у нас уже был. Не нашли лучшего дня мириться, как именно 7 ноября, когда погода дрянь и ни на кого смотреть не хочется; то ли дело 17 июля, когда сама природа ликует. Странно только, что нам предлагают мириться на костях, тем более на костях неправедно замученных. Изуверское убийство детей, женщин и безоружных мужчин как-то не выглядит поводом для примирения, вне зависимости от того, хорошим или плохим царём был Николай Второй. Царская семья в предсмертных дневниковых записях молила Бога о прощении для своих губителей, сам царь мечтал об «умирении России», но над гробом его примиряться с очередными погромщиками совершенно не тянет. Особенно если учесть, что безобразная возня, развернувшаяся вокруг захоронения останков, наглядно показала: к духовным прозрениям и осознанию своей греховности мы сегодня готовы менее, чем когда-либо. Поразительно, но у французов хватило такта не объявлять днём национального примирения день казни Луи Капета; достало у них ума также не объявлять ночь св. Варфоломея ночью религиозной терпимости и праздником объединения всех верующих. Таким путём национальные трагедии не избываются.

Труднее всего понять Патриархию, которой в день примирения пришлось бы наконец определиться со своим отношением к большевикам и их идейным наследникам. Приятно, конечно, что в кои веки у Церкви есть своё особое суждение, отличное от позиции Государства. Но если в позиции государства обнаруживается хоть какая-то логика, в выводах Священного Синода она отсутствует напрочь. С одной стороны, церковь опасается поклонения «лжемощам»; с другой заявляет, что для обращения к святым вовсе не обязательно иметь их мощи. Поминовение Царской семьи включено в Службу Новомученикам, икона последних Романовых продаётся в храмах и в метро, и Патриарх не раз говорил во всеуслышание: «Кто хочет почитать их почитайте как местночтимых до официальной канонизации». Меж тем материалы канонизации снова и снова возвращаются на доработку, то есть сомнения в святости продолжают возникать. Пресс-атташе Патриархии о. Всеволод Чаплин сообщает: «Мы не признаем Зарубежную Церковь и канонизацию ею Романовых в 1981 году». При этом едва ли не главную роль в окончательном суждении Патриархии сыграла «утка», месяц назад запущенная главой «карловчан» митрополитом Виталием: якобы настоящие мощи Царской семьи хранятся в Брюсселе. Митрополит человек престарелый, он мог неточно выразиться или что-то запамятовать, но в России-то есть люди, знающие, что брюссельские реликвии можно именовать мощами очень условно. И попали они в собственность Зарубежной Церкви не из рук следователя Соколова, а совсем от других лиц и в другие времена. Не хочется произносить слово «фарс». Но довершают картину две унтер-офицерские… пардон, великокняжеские вдовы: миссис Куликова-Романова и мадам Романова-Багратиони, использующие злополучные кости в игре «Я России всех милее».

Читая обо всём этом в газете, мужик в метро выразился вполне определённо: «И похоронить-то в России не умеют»…
This page was loaded Oct 18th 2019, 11:33 pm GMT.