Алексей Евсеев (jewsejka) wrote in ru_bykov,
Алексей Евсеев
jewsejka
ru_bykov

Categories:

Беседа Дмитрия Быкова с Василием Аксёновым // «Комок», 15 октября 2001 года

страсти власти

Василий Аксёнов: «Следующая мишень — Кремль»

Теракты в Москве и Америке — явления одного порядка. И мы должны объединиться с Америкой, потому что у нас нет выхода.

Василий Аксёнов — самый американский из русских писателей: свободный, упрямый, сам себя сделавший, ненавидящий диктат и фанатизм в любых проявлениях. Он привил нашей угрюмой прозе эту вольность, жизнерадостность и неукротимую любвеобильность — в результате чего и вступил в конфликт с системой, сначала оказавшись на чужбине, а потом лишившись гражданства. 22 последних года он прожил в Вашингтоне. Но и тогда большинство коллег-ровесников, проживающих тут, признавали его самым изобретательным талантом отечественной словесности.

Автор «Ожога», «Острова Крыма», «Московской саги» и нового романа «Кесарево сечение», регулярно бывающий в Москве и преподающий в Вашингтонском университете литературное мастерство, сын Евгении Гинзбург («Крутой маршрут») и муж легендарной московской красавицы, Аксёнов ответил на наши вопросы из своего вашингтонского дома.


На пути у радикального ислама два барьера — США и Россия

— Василий Павлович, тут у нас раздавались всякие голоса (в том числе, как ни странно, и главный российский муфтий сказал нечто подобное), что Америка получила по заслугам. Присвоила себе роль мирового жандарма — и получила.

— Это даже не мерзость — так говорить, это… я не знаю, как назвать такое злорадство. Да, Америка получила больше всех. Она пережила самый масштабный теракт за всю историю мирового терроризма, и не думаю, что этим дело ограничится. А досталось ей больше всего потому, что Америка сегодня — самая влиятельная сила на пути так называемого чёрного ислама. Говоря о чёрном исламе, разумею, конечно, не цвет кожи, но демонические и садистские по своей природе силы. Надо взглянуть наконец правде в глаза и сказать честно: идёт война. Идёт по всему миру. И это война без всяких компромиссов. Палестинцы, думаете вы, хотят попасть к своим святым местам? Нет, они даже сами проговорились о том, что идёт война на уничтожение. В данный момент — на уничтожение Израиля. Полагаю, что теракты в Нью-Йорке и Вашингтоне отнюдь не были простой демонстрацией силы или запугиванием. Между прочим, четвёртый самолёт — сбитый в Пенсильвании — летел на Белый дом. Мишени выбраны соответствующие. Вы можете сказать: неужели они всерьёз рассчитывают уничтожить США? Да, рассчитывают. Потому что мозги у них куриные. И когда они шли из Чечни в Дагестан в августе 1999 года, намерения были те же — уничтожить Россию. Они искренне полагают, что это в их силах.

И потому не обольщайтесь: следующая мишень — Кремль. К происшедшему в США надо отнестись очень серьёзно. На пути у радикального ислама два главных барьера — США и мы. И если у США есть надежда продержаться за счёт военной и финансовой мощи, у нас вся надежда на скрытый ресурс народа и необъятное наше пространство.

А насчёт «мирового жандарма»… Знаете, только в России в силу специфической её истории это слово было ругательным. Жандарм за порядком на дорогах следит. Америка хорошо следила за порядком на мировых дорогах.

— А Сербия?

— Сербских бомбардировок я не одобрял. Это была акция недостаточно продуманная, и сами американцы — хотя и смутно — покаялись в ней. Но речь там шла о геноциде, США считали необходимым вмешаться.

Буша сейчас ругать нельзя

— Каковы ваши основные впечатления о Буше?

— Буша сейчас ругать нельзя. Я в принципе не люблю республиканцев, мне показалось недостаточно убедительным его первое выступление, но сейчас его здесь никто не упрекает. У американцев есть прекрасная черта — в минуты общенациональных бедствий сплачиваться, а не попрекать власть. Серьёзный кризис, особенного внешнего происхождения, может быть преодолён народом и властью только вместе. Это для России хороший пример — у нас бы власть немедленно сделали ответственной за всех происходящее.

— Интересно, а сами вы верили хоть секунду в версию о причастности Кремля или ФСБ к московским взрывам двухлетней давности?

— Никогда! Это типичная дезинформация Мовлади Удугова, подхваченная нашими дурачками. От московских терактов идёт не просто чеченский след, но и широкое шоссе, усыпанное гексогеном. Теракты в Москве и Америке — явления одного порядка. И мы должны объединиться с Америкой, потому что у нас нет выхода. Я надеюсь — хочу надеяться,— что у этих чудовищных зверств будет хотя бы один жизненно важный итог: Москва и Вашингтон консолидируются в борьбе против нового всемирного зла. И заявление Путина показалось мне верным по тону.

В России до сих пор ещё очень силен диссидентский взгляд на мир: либо вы против власти, и тогда вы святой, либо вы за власть, и тогда вы подонок, продажная шкура и прочее. Опомнитесь, господа, мир давно живёт в совершенно другой реальности! Я не люблю наших диссидентов именно за их угрюмость и однообразие…

— Многие правозащитники опасаются теперь, что русские в Чечне получат карт-бланш. Не означают ли американские теракты, что Чечню теперь вовсе сотрут с лица земли с благословения мирового сообщества?

— Да никто её с самого начала не собирался стирать с лица земли, и ей дали уже один раз фактическую независимость. Но ведь радикальный ислам не независимости хочет, он ведёт войну на уничтожение. Речь идёт не о борьбе с чеченцами как таковыми, а об уничтожении бандитов: отпустить Чечню сейчас — и они тут же вырежут всех Кадыровых, как уже вырезали Грозный в девяносто шестом году… и начнут уничтожать своих же…

— Как по-вашему: эта война, идущая сейчас во всем мире,— религиозная или всё-таки политическая? Иными словами, в какой мере повинен собственно ислам?

— Собственно ислам сам нуждается в спасении, потому что ни одна из мировых религий не призывает к убийству. Смею думать, что я ислам немного знаю: эта религия в основе своей смиренна. Но мы ведь не с религией имеем дело. Иногда в человеческой истории возникает какая-то роевая популяция, порождающая монстров, которые начинают использовать религию в качестве идеологии.

До отставки из Америки не уеду

— Как вы вообще узнали о случившемся?

— Я включил радио в восемь утра, собираясь на работу. Главной новостью того дня было возвращение в баскетбол Майкла Джордана… Потом произошло сообщение о взрыве во Всемирном торговом центре, я включил телевизор — и увидел, как в прямом эфире ведущих новостей говорит о пожаре, а потом он срывающимся голосом закричал: «One more plain!» (Ещё один самолёт!— Ред.) Но когда вам говорят, что Америка охвачена паникой,— не верьте. Паники нет. Есть потрясение. Я успел провести занятие в университете, прежде чем его закрыли. В тот день я рассказывал студентам биографию Пушкина и читал его стихи — в переводе и оригинале.

— Часом не «Подражание Корану»?

— Нет, знаете ли. «Анчар». А потом посоветовал студентам посмотреть Эй-би-си. Я сказал им, что, пока Америка скорбит, западный берег Иордана ликует. Нескрываемо и бесстыдно. Пляшут какие-то бабы в платках, суют в камеру куски пиццы… И точно такое же ликование происходило там в день взрыва израильской дискотеки.

Я не хочу сказать, что за теракт ответственны палестинцы. Но я хочу вас предупредить, сказал я студентам, что вы живете не в самом комфортном и благостном из миров. Вы должны знать, что ваше отчаяние приводит кого-то в восторг, и ещё выше ценить такую хрупкую вещь, как совесть.

— Опасаются ли в Америке продолжения терактов?

— Допускают, что этим не ограничится. Больше всего боятся бактериологического орудия: в кладовых Саддама Хусейна его полно. Но вообще поведение американцев, молодёжи в особенности,— очень достойное. Всю ночь у Капитолия — потенциальной мишени — стояли со свечами, как в Белграде, и пели «God Bless America!»

— Может это всё стать началом ядерной войны?

— Не думаю. Не хочу этого допускать. Буш, мне кажется, скорее склонен к компромиссам. Вот Колин Пауэлл — госсекретарь — прямо сказал, что Америка не остановится перед нанесением ядерного удара. Возможно, как пропагандистский ход это сильно, но как реальная перспектива — ужасно.

— Простите за этот вопрос… Я помню ваш отъезд из России в августе 1991 года. Вы сейчас не планируете покинуть Америку?

— Я уехал из России до начала путча, билет был на восемнадцатое августа, и обо всех событиях я узнал уже в Париже. А уехать сейчас из Америки… В отдалённой перспективе, когда брошу преподавание и выйду в отставку, я непременно буду проводить в России большую часть года. Переселюсь почти совсем. Но сейчас? Нет и нет.
Tags: КОМОК, интервью, тексты Быкова
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments