Алексей Евсеев (jewsejka) wrote in ru_bykov,
Алексей Евсеев
jewsejka
ru_bykov

Category:

Дмитрий Быков // «Вечерний клуб», 29 апреля 2004 года

Юмор в сетях

Так получилось, что всё в мире уравновешено — и лично для меня это ещё одно доказательство божественности Промысла. Очень уж хитро сбалансировано — случайно так не получилось бы. Например: масса плюсов есть даже у такой гнусности, как тоталитаризм. Запретное искусство становится гораздо привлекательнее, юмор — смешнее, творчество перестаёт быть уделом Государственно Назначенных Писателей и становится живым делом масс. Ответом на цензуру советских времён был анекдот, взрыв анонимного пародирования, своя великолепная смеховая культура семидесятых — Синявский всерьёз утверждал, что за весь двадцатый век Россия в области эстетики дала миру лишь два по-настоящему великих открытия. Это анекдот и блатная песня. В прочих жанрах — например, в традиционной лирике,— мы дали блестящие образцы, но были, что называется, на уровне. Тогда как анекдот — это ноу-хау. У него свои минусы, он не всегда смешон, часто вульгарен. Анекдоты, рассказываемые самим Синявским, были запредельно грубы, но безупречно оригинальны, он любил отыскивать в них фольклорные архетипы и отслеживать их эволюцию.

В сегодняшней России «разрешённого» юмора не осталось. Программа «Аншлаг» юмористической не является. Юмор должен быть смешным, а всё остальное потом. Юмор Петросяна не смешон, а значит, проходит по другому ведомству, при всех талантах Евгения Вагановича и его супруги (я не шучу, говоря об их талантах,— в своём роде они действительно совершенство). Всё, что называется юмором,— пошло в Интернет. Там можно обстебать официальный патриотизм, разместить издевательски-грубый ролик с пародией на рекламу, опубликовать нецензурщину и пр. Все это бывает забавно, но у сетевого юмора есть серьёзные издержки. Обозначим его основные черты.

Во-первых, это по большей части юмор пользователей Интернета — тяжеловесный, многословный, часто профессиональный юмор технарей, фольклор технических вузов, однообразные приколы программистов. Примерно того же уровня — хохмы Дмитрия Пучкова, под псевдонимом Гоблин переозвучившего толкиеновскую трилогию. Местами занятно, по большей части занудно.

Во-вторых, это юмор в высшей степени непрофессиональный — то есть люди, острящие в сети, плохо начитаны и по-дилетантски самоуверенны. Невозможно всерьёз воспринимать произведения Алексея Экслера. Невозможно бесконечно читать байки о первом сексуальном опыте и о чудачествах ротного старшины. Это ещё хуже, чем хохмы на тему тёщи.

В-третьих, чем юмор подпольней, тем он грубей. Это нормальная расплата за нелегальное существование. Я глубоко убеждён, что ежели бы у Войновича был шанс издать «Чонкина» в России, книга эта была бы куда изящнее — по крайней мере, в ней резко убавилось бы фекального юмора. Написал же он «Москву 2042» — уже за границей, явно в расчёте на публикацию,— и сумел обойтись без пошлостей! «Вторичный продукт» и «свинина по-вегетариански» дают сто очков вперёд лобовой и физиологичной сатире «Чонкина». Сетевые приколы в массе своей неприличны и апеллируют к «срамному низу», что, конечно, в свете карнавальной теории Бахтина нормально и даже полезно, но в больших количествах невыносимо.

Интернет — штука демократичная, туда пишут все. Конечно, когда сто человек пишут прозу вместо того, чтобы пить водку,— это прекрасно. Но ведь это сто лишних авторских самолюбий! Был я когда-то на сборе самодеятельных сетевых поэтов, они сняли под это дело целый санаторий, все друг друга нахваливали (кто живёт в стеклянном доме, тот не бросается камнями)… Послушал я их стихи, которые они читали практически постоянно. Всё было очень грамотно и очень страшно, потому что писать стихи после этого было вообще невозможно. Зачем?! Так вот и с юмором — когда почитаешь шуточки соотечественников в Интернете, не только острить не хочется, но и смеяться как-то в лом…

Беда сетевого юмора в том, что это явление плоское, двух-, а то и одномерное. Сатира Ильфа и Петрова недорого бы стоила без лирики, без южной жовиальности и южного же любострастия, без раннесоветской утопичности. Жванецкий — автор неровный и часто срывающийся в плоскость,— держится на том же сочетании иронии и лирики, на проговаривании вслух того, о чём боишься и подумать (речь не о политическом, а о бытовом страхе — лучше всего Жванецкий пишет о драме возраста). Я уж не говорю о юморе обэриутов — Анна Герасимова справедливо замечала, что комического эффекта Хармс или Олейников часто не предусматривали вовсе. Он возникал от помещения слов в неожиданный контекст. Сетевые авторы таких задач себе не ставят — они хохмят на уровне капустника, и снижение профессиональной планки становится нормальной реакцией на подпольность. Это касается и такого остроумного проекта, как дневник Владимира Владимировича (www.vladimir.vladimirovich.ru).

«Зачем острить?— спрашивал Мандельштам.— И так все смешно!». Истинным юмористом называется тот, кто умеет сделать смешно, не остря. Кто обнажает комизм жизни, какова она есть. Прикасается к язвам и не боится говорить вслух (ибо всякий смех есть прежде всего освобождение). Подпольный смех свободным быть не может. Вот почему из всех сетевых юмористов лично я бы выделил пока одного Лео Каганова — да и тот давно уже бумажный автор. Как бы это нам научиться совмещать открытость с талантом, а свободу — с храбростью? Похоже, в ближайшее время это России не светит. Вот почему у нас такая смешная жизнь и такая несмешная литература.

* * *

ДЕТСКИЕ СТИХИ-ХАЙКУ ИЗ СТРАНЫ ВОСХОДЯЩЕГО СОЛНЦА
Леонид Каганов

Жили у старой женщины
Две рыбы фугу.
Одна белая, другая серая — две весёлых рыбы.

*

Сын серого козла жил у старой женщины.
В бамбуковую рощу ушёл пастись.
Изменчиво всё в этом мире, вечны лишь рожки да ножки.

*

Вышел из тумана
Месяц с лицом самурая.
Обнажил меч из кармана кимоно.

*

Братья Эникэ и Беникэ
Лакомились суши.
Чем бы ни тешилось дитя, лишь бы не пило сакэ.

*

Пожилая женщина
Сеет горох на склоне Фудзи.
Ох.

*

Жадный человек подобен говяжьему мясу,
Барабану далёкой Турции,
Солёному плоду огурца.

*

Рисовую лепёшку испёк самурай.
Кого угостить?
Самурай, самурай, кого хочешь выбирай.

*

Потеряла лицо Таня-тян
Плачет о мяче, укатившемся в пруд.
Возьми себя в руки, дочь самурая.

*

Сын быка движется неровной походкой.
Вздохни полной грудью — кончаются татами,
Падения не избежать.

*

Чичичи, ловкая древесная обезьяна,
Помогает продавцу кирпичей, дёргает верёвку.
Дивные звуки.

*

Девочка и мальчик вместе гуляют по саду камней.
Тили-тили рисовая похлёбка,
Будущие муж и жена.

*

Пляшут на одной ножке довольные торговцы рисом
Обманули неумного человека
На четыре кулака.

*

Строг этикет самурая:
Кто ругательным словом обзывается
Тот сам называется так.

*

Невозмутимости учит дзенская мудрость:
Обидные слова, что говоришь ты про меня —
На себя переводишь.

*

Внимательно вглядись в траву
Здесь сидел зелёный кузнечик, похожий на плод огурца.
Ай да лягушка.

*

Поведай нам о своих странствиях, Чижик-пыжик-сан
Видел ли дальние реки?
Пил ли горячий сакэ?

*

Игривая летняя муха
Села на варенье из сакуры.
Вот и закончилась хайку.

http://lleo.aha.ru
Tags: ВЕЧЕРНИЙ КЛУБ, тексты Быкова
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments