Вечер в поддержку Юрия Дмитриева // «YouTube. Международный Мемориал», 23 апреля 2021 года
Дмитрий Быков: И за Андрея [Быкова] и от имени Андрея, который сегодня занят в спектакле, поэтому он не здесь…
андрюха с патриарших @AndreyBykov1 («Twitter», 25.04.2021): я играю в уебищном детском театре кота пидораса гнойного буратино и предводителя блять каманчей
Вечер в поддержку Юрия Дмитриева
Сахаровский центр, ПЭН-Москва и Международный Мемориал приглашают на вечер в поддержку Юрия Дмитриева — историка, исследователя сталинских репрессий, уже пятый год находящегося в петрозаводском СИЗО.
Дело Юрия Дмитриева стало одним из самых громких политических процессов последних лет, а также самым долгим и непредсказуемым из них. Чаша весов дважды склонялась в сторону почти полного оправдания историка (увы, почти — потому что полное его оправдание подтвердило бы факт незаконного преследования, а такие каминг-ауты сейчас за гранью возможного). Но Верховный суд Карелии дважды отменял это решение, отправляя дело на новый круг рассмотрения. Суд превратился в фарс: раз за разом его обязывают найти состав преступления там, где его никогда не было.
По одному из обвинений Юрий Дмитриев уже приговорен к 13 годам лишения свободы в колонии строгого режима решением суда по апелляции, нарушившего все нормы справедливого судопроизводства. Тем же решением остальные обвинения были отправлены на третий пересмотр в Петрозаводском городском суде (после двух оправданий). Кассационный суд в феврале 2021 года оставил это решение в силе. Естественный ход процесса очень скоро приведет Дмитриева в колонию строгого режима, при этом 13-летний срок может быть только увеличен. Юрию Дмитриеву 65 лет.
Сейчас остается только одна возможность изменить хода дела: его пересмотр в Верховном суде Российской Федерации, куда в скором времени будет направлена жалоба на приговор. Это действительно последний шанс на спасение жизни замечательного человека, отважного исследователя, чье неравнодушие к чужим жизням и смертям поставило его самого в столь угрожающую ситуацию. Поддержать Юрия Дмитриева, в очередной раз заявить о его невиновности и необходимости справедливого решения по его делу придут:
Александр Архангельский, Зоя Светова, Дмитрий Быков, Лев Рубинштейн, Анатолий Белый, дочь Юрия Дмитриева Екатерина Клодт, его адвокат Виктор Ануфриев, историк и соавтор Дмитриева Анатолий Разумов и многие другие.
Ведущие вечера — Константин Котов и Алиса Ганиева.
В рамках вечера будет представлена выставка фотографий Анны Артемьевой о Ю. А. Дмитриеве и Сандармохе;
пройдет презентация книги, выпущенной к 65-летию Ю. А. Дмитриева;
состоится мини-концерт струнного трио (Владимир Спектор — скрипка, Ольга Коган — альт, Сергей Ананич — виолончель).
Вечер пройдет в выставочном зале Сахаровского центра (ул. Земляной вал, д. 57, стр. 6).
timecode: 1:02:59
Сказка о рыбаке и рыбке
Жил старик у Финского залива,
О богатстве и славе не мечтая.
Приключилось с ним нездешнее диво:
Приплыла к нему рыбка золотая.
Говорит: отпусти меня, старче!
Нынче труд твой рыбацкий безвозмезден —
Заживешь ты прибыльней и ярче:
Новым Штирлицем отправишься в Дрезден!
Попивает он дрезденское пиво,
Но и пиво с годами станет серым!
Вновь приходит он нА берег залива:
Вице-мэром быть хочу и премьером!
И исполнила просьбу его рыбка,
Потому что любила его шибко.
Говорит он помощнице: спасибо,
Подо мною сегодня вся держава,
Только сделай, государыня рыба,
Чтобы нефть еще вдруг подорожала.
До сих пор я голодных не насытил,
Безработных не вытащил из петель —
Я хочу быть Отечества спаситель,
А не просто банальный добродетель!
Удивилася рыбка золотая,
Головой золотою покачала,
Но и это исполнила, не зная,
Что все это не конец, а начало.
Что касается пушкинской баллады,
Из которой заимствована форма,
Тут у нас полагались бы рулады
С описаньем начавшегося шторма.
Но увы — не хватало ему пыла.
Вероятно, разъехались евреи.
И не Черное оно уже было,
А такое Саргассово скорее.
...Как он нефть вздорожавшую увидел,
Так и требует: где ты, моя рыба?
Сделай так, чтоб я сделался нацлидер,
Не чиновник из Питера, а глыба,
Чтобы вечно я правил этим краем,
Чтобы в нем оказался несменяем,
И чтоб все — без эфира и этила —
Убедили себя, что я светило.
А чтоб те, что такого не смогли бы,
Поголовно вели себя как рыбы.
И сбылося государево слово:
Все заткнулось, что голос подавало.
Но к заливу отправился он снова,
Потому что казалось ему мало.
— Я спаситель, отец и благодетель,
А живу совершенно по-мужицки!
Чтобы мир мою избранность отметил,
Ты построй-ка мне дворец геленджицкий,
Чтобы был он роскошен по-балийски,
А не эти барвихские обноски,
И чтоб гурии внутри, одалиски,
И артистки, и все — единоросски!
— Что задумал! — говорит ему рыбка.—
Процветание твое очень зыбко!
Ну какой ты им отец, право слово!
Я возвысила тебя, как магната,
А по сути для тебя, рыболова,
Было Дрездена уже многовато!
— Что я слышу! — говорит он со злобой.—
Полубога воспитывать не пробуй!
Рыбы все от рождения безмолвны,
Ты же тут разболталась, как Каспаров!
И ушла она в синие волны,
В одиночестве лидера оставив.
Он глядит: вся земля его разрыта,
Злые подданные, рейтинг провальный,
Перед ним разбитое корыто,
А в корыте Тор и Навальный.
«Коммерсантъ. Власть», №9, 7 марта 2011 года
Сказка о рыбаке и рыбке
Жил старик у Финского залива,
О богатстве и славе не мечтая.
Приключилось с ним нездешнее диво:
Приплыла к нему рыбка золотая.
Говорит: отпусти меня, старче!
Нынче труд твой рыбацкий безвозмезден —
Заживешь ты прибыльней и ярче:
Новым Штирлицем отправишься в Дрезден!
Попивает он дрезденское пиво,
Но и пиво с годами станет серым!
Вновь приходит он нА берег залива:
Вице-мэром быть хочу и премьером!
И исполнила просьбу его рыбка,
Потому что любила его шибко.
Говорит он помощнице: спасибо,
Подо мною сегодня вся держава,
Только сделай, государыня рыба,
Чтобы нефть еще вдруг подорожала.
До сих пор я голодных не насытил,
Безработных не вытащил из петель —
Я хочу быть Отечества спаситель,
А не просто банальный добродетель!
Удивилася рыбка золотая,
Головой золотою покачала,
Но и это исполнила, не зная,
Что все это не конец, а начало.
Что касается пушкинской баллады,
Из которой заимствована форма,
Тут у нас полагались бы рулады
С описаньем начавшегося шторма.
Но увы — не хватало ему пыла.
Вероятно, разъехались евреи.
И не Черное оно уже было,
А такое Саргассово скорее.
...Как он нефть вздорожавшую увидел,
Так и требует: где ты, моя рыба?
Сделай так, чтоб я сделался нацлидер,
Не чиновник из Питера, а глыба,
Чтобы вечно я правил этим краем,
Чтобы в нем оказался несменяем,
И чтоб все — без эфира и этила —
Убедили себя, что я светило.
А чтоб те, что такого не смогли бы,
Поголовно вели себя как рыбы.
И сбылося государево слово:
Все заткнулось, что голос подавало.
Но к заливу отправился он снова,
Потому что казалось ему мало.
— Я спаситель, отец и благодетель,
А живу совершенно по-мужицки!
Чтобы мир мою избранность отметил,
Ты построй-ка мне дворец геленджицкий,
Чтобы был он роскошен по-балийски,
А не эти барвихские обноски,
И чтоб гурии внутри, одалиски,
И артистки, и все — единоросски!
— Что задумал! — говорит ему рыбка.—
Процветание твое очень зыбко!
Ну какой ты им отец, право слово!
Я возвысила тебя, как магната,
А по сути для тебя, рыболова,
Было Дрездена уже многовато!
— Что я слышу! — говорит он со злобой.—
Полубога воспитывать не пробуй!
Рыбы все от рождения безмолвны,
Ты же тут разболталась, как Каспаров!
И ушла она в синие волны,
В одиночестве лидера оставив.
Он глядит: вся земля его разрыта,
Злые подданные, рейтинг провальный,
Перед ним разбитое корыто,
А в корыте Тор и Навальный.
«Коммерсантъ. Власть», №9, 7 марта 2011 года
timecode: 1:06:26
Диптих
2
У младенца — соска и подгузник,
У России — армия и флот,
А у меня всего один союзник,
Лишь один соратник. Да и тот —
Будущее. Всё оно исправит,
Вылечит, расставит по местам,
И потомок наш с трудом представит,
Как я выживал тогда и там.
Я его, как сын артиллериста,
На себя годами вызывал, —
А оно придёт и воцарится,
И не спросит, как я выживал.
Светлое, как звёздное скопленье,
Сладкое, как первородный грех,
Вот оно выходит в наступленье,
Наступая сразу и на всех.
Всех оно накажет — злых и добрых,
Всех убьёт с улыбкой ледяной,
И меня — чтоб не мешал мой облик
Оценить записанное мной.
Но оно — союзник ненадёжный,
Слишком сложный, слишком осторожный,
Может задержаться, протупить,
Может вообще не наступить.
Может наступить куда попало,
А сюда, допустим, ни ногой,
Ибо мы из редкого металла
И для нас придуман план другой.
Мы по сорок пятой параллели
Так и будем ехать на осле —
Потому что всех нас пожалели
И меня, беднягу, в том числе.
«Новая газета», №67, 29 июня 2020 года
Диптих
2
У младенца — соска и подгузник,
У России — армия и флот,
А у меня всего один союзник,
Лишь один соратник. Да и тот —
Будущее. Всё оно исправит,
Вылечит, расставит по местам,
И потомок наш с трудом представит,
Как я выживал тогда и там.
Я его, как сын артиллериста,
На себя годами вызывал, —
А оно придёт и воцарится,
И не спросит, как я выживал.
Светлое, как звёздное скопленье,
Сладкое, как первородный грех,
Вот оно выходит в наступленье,
Наступая сразу и на всех.
Всех оно накажет — злых и добрых,
Всех убьёт с улыбкой ледяной,
И меня — чтоб не мешал мой облик
Оценить записанное мной.
Но оно — союзник ненадёжный,
Слишком сложный, слишком осторожный,
Может задержаться, протупить,
Может вообще не наступить.
Может наступить куда попало,
А сюда, допустим, ни ногой,
Ибо мы из редкого металла
И для нас придуман план другой.
Мы по сорок пятой параллели
Так и будем ехать на осле —
Потому что всех нас пожалели
И меня, беднягу, в том числе.
«Новая газета», №67, 29 июня 2020 года