Category: животные

Category was added automatically. Read all entries about "животные".

berlin

Дмитрий Быков (комментарий) // «Facebook», 15 июля 2021 года

Старожицька Марія («Facebook», 15.07.2021) > Дмитрий Львович Быков:

Киев медленно раскупает билеты, ожидая Быкова 🙂

https://widget.kontramarka.ua/uk/widget11site19/widget/event/48493





из комментариев:

Дмитрий Львович Быков: Но отчего же так медленно?!

Юрий Володарский: Дмитрий Львович Быков В Киеве все медленно. Тут так даже кошки.
berlin

«Когда бороться с собой устал покинутый Гумилёв...» в исполнении Дмитрия Левитеса




* * *

Когда бороться с собой устал покинутый Гумилёв,
Поехал в Африку он и стал охотиться там на львов.
За гордость женщины, чей каблук топтал берега Невы,
За холод встреч и позор разлук расплачиваются львы.

Воображаю: саванна, зной, песок скрипит на зубах…
Поэт, оставленный женой, прицеливается. Бабах.
Резкий толчок, мгновенная боль… Пули не пожалев,
Он ищет крайнего. Эту роль играет случайный лев.

Любовь не девается никуда, а только меняет знак,
Делаясь суммой гнева, стыда и мысли, что ты слизняк.
Любовь, которой не повезло, ставит мир на попа,
Развоплощаясь в слепое зло (так как любовь слепа).

Я полагаю, что, нас любя, как пасечник любит пчел,
Бог недостаточной для себя нашу взаимность счел,—
Отсюда войны, битье под дых, склока, резня и дым:
Беда лишь в том, что любит одних, а палит по другим.

А мне что делать, любовь моя? Ты была такова,
Но вблизи моего жилья нет и чучела льва.
А поскольку забыть свой стыд я ещё не готов,
Я, Господь меня да простит, буду стрелять котов.

Любовь моя, пожалей котов! Виновны ли в том коты,
Что мне, последнему из шутов, необходима ты?
И, чтобы миру не нанести слишком большой урон,
Я, Создатель меня прости, буду стрелять ворон.

Любовь моя, пожалей ворон! Ведь эта птица умна,
А что я оплеван со всех сторон, так это не их вина.
Но, так как злоба моя сильна и я, как назло, здоров,—
Я, да простит мне моя страна, буду стрелять воров.

Любовь моя, пожалей воров! Им часто нечего есть,
И ночь темна, и закон суров, и крыши поката жесть…
Сжалься над миром, с которым я буду квитаться за
Липкую муть твоего вранья и за твои глаза!

Любовь моя, пожалей котов, сидящих у батарей,
Любовь моя, пожалей скотов, воров, детей и зверей,
Меня, рыдающего в тоске над их и нашей судьбой,
И мир, висящий на волоске, связующем нас с тобой.

Дмитрий Быков, 1995 год
berlin

«Не раскачивайте лодку — нашу крысу тошнит!» ©







Дмитрий Быков (интервью)
«Число митингующих доказывает, что русским по-прежнему не страшен никакой мороз»
// «Коммерсантъ FM», 4 февраля 2012 года

<...>

— Фотография с вашим лозунгом обошла уже весь Рунет, ее ретвитнули везде, где только могли. Можете у нас процитировать лозунг, который был у вас на плакате?

— Я должен сказать, что я не автор этого лозунга. Это высказывание Дмитрия Муратова в одной из телепрограмм: «Не раскачивайте лодку, нашу крысу тошнит».

— Она просто набрала огромное количество лайков, по-моему, в Facebook.

<...>





Дмитрий Быков


Москва, «Большой белый круг», 26 февраля 2012 года


Дмитрий Быков


Дмитрий Быков (интервью)
Розочка, козочка и медведь
// «Сиб.фм», 28 февраля 2012 года

<...>

— Скажите, это Ирина Лукьянова вам рисовала плакат про крысу?

— Да, это Ирка. А там вообще ничего моего! Лозунг придумал Муртов, то есть он в одной телепередаче сказал: «А почему бы не раскачивать лодку? Потому что стошнит крысу?» И я взял этот лозунг: «Не раскачивайте лодку, нашу крысу тошнит». Ирка нарисовала очаровательную, по-моему, крысу. И я с этим плакатом пошёл, и его сперли, пока я там пошёл в кафе закусить. Он пошёл по рукам. Есть ещё замечательный плакат, с которым мой 14-летний сын Андрюша вышел: такой контур России и надпись «Здесь могла бы быть ваша страна».

<...>




Irina Lukyanova («Facebook», 06.03.2012):

Наша Крыса пошла гулять по всему миру. Вчера Быкову подарили плакат «Дораскачивали лодку — наша крыса расплакалась». С точно изображенной Нашей Крысой. Начинаю думать, что пора выпускать комиксы с НашейКрысойТМ.

Дмитрий Быков
Новая Газета («Facebook», 06.03.2012) Плакат Дмитрия Быкова с Якиманки получил практически всемирную известность. Так выглядел один из голосовавших 4 марта в Барселоне: (фото: А.Вишневский)


из комментариев:

Alexey Falin: «Запатентовать и разбогатеть», как написал Михаил Безродный. -) Обязательно нужно делать комиксы, в духе Хихуса или Игоря Лыскова. А потом и мульт, получится не хуже «Кота Саймона».

Irina Lukyanova: не, здраво подумавши — не осилю 🙂. Да и не моя крыса, разу уж на то пошло 🙂

Alexey Falin: Как это? А чья же? Совместно придуманная?

Irina Lukyanova: вчера в ру_быков выложили еще декабрьский питерский плакат с крысой 🙂 — от меня только художественное воплощение 🙂


Дмитрий Быков


nik_kor («Livejounal.com», 07.03.2012): Не подумайте ничего плохого, Быкова сильно люблю, но вот в его авторстве про крысу, сомневаюсь! Вот кадр из Петербурга снятый 24.12.2011 на Пионерской площади.

i_lukyanova [Ирина Лукьянова]: про крысу сказал Муратов.

gromovdv: А картинку — он сам нарисовал или работала группа художников? (Вопрос не просто так, а для истории)

i_lukyanova: картинку я рисовала :)) первую, с блюющей крысой. С плачущей — неизвестный мне художник :)




tema [Артемий Лебедев] («Livejournal.com», 28.04.2019):

Нашу крысу тошнит

Некоторые либералы выходят на митинги с плакатами типа «Не раскачивайте лодку — нашу крысу тошнит!».

Это довольно остроумно, но прикол в том, что крысы и мыши не способны проблеваться чисто физиологически. Если интересно, еще кролики и лошади не умеют блевать.

Так что иногда и праведный протест может быть абсолютно безграмотным.


Дмитрий Быков
berlin

Natalya Enünlü // «Facebook», 6 апреля 2021 года

* * *

Слушала Дмитрия Львовича, который Быков. Дмитрию Львовичу задали вопрос: нужно ли современным детям читать «белый бим, черное ухо».

— послушайте, — сказал дмитрий львович, — ведь это книга о человеке, а не о собаке. и книгу эту читать современному ребенку надо, именно потому, что она о человеке.

Это самая страшная книга моего детства, ответила я Дмитрию Львовичу, хотя он меня не слышал. И своему ребенку я эту книгу читать не давала. Ребенок, хоть и вырос уже, но и без этой книги каждый раз смотря какое-нибудь кино-сериал ужасно переживает, чтобы от убивцев не пострадала кошка или собака в кадре мимо проходящая.

— ну вот что ты, — говорю я ребенку, который уже вырос, — за животное переживаешь, а за человека нет.

— животное жальче, — отрезает выросший ребенок.

Думаю я все это, а Дмитрий Львович продолжает.

— сейчас же, — говорит дмитрий львович, — время такое, что отношение к животным изменилось. откройте социальные сети и вы увидите посты про то, как котик управляет всей семьей и все его слушаются. или посты про то, как они с собакой шли туда-то и увидели то-то и все это вроде как бы не про людей.

И как-то Дмитрий Львович это сказал, нет не прямо, но я вот почувствовала, что отнес все эти посты к банальности. А может даже к пошлости.

Ну что делать, Дмитрий Львович, сказала я ему, если вся моя социализация происходит как раз тогда, когда мы с собакой, который Милю, шли туда-то и увидели то-то.

Вот, например, шли мы как-то с Милю, который собака в лес и нас нагнал сосед на велосипеде.

— здрасти, — сказал русскоговорящий сосед, — я как-то давно в баню ходил.

— май гад — подумала я, а вслух сказала: — очень хорошо!

— так вот, — продолжал сосед, — там в бане были люди, которые тебя знают!

— бывает, — пожала я плечами.

— нет, ты не понимаешь! они тебя знают и говорят, что ты пишешь открыто!

И смотрит на меня так, будто я должна скрываться, а не писать тут всякое, как будто бы он все время думал, что я нелюдим, скрывающийся от всех, а я тут такое выдала, он и не ожидал.

— был я как-то в бане, — снова сказал сосед, как будто с первого раза было не понятно, — и когда я сказал, что живу в велка добре, мне сказали: о, я знаю это место! там живет наташа. представляешь?!

— нет, — ответила я, — не представляю.

А сама подумала: вот я уже стала знаменитой и в чешских банях!

— да, — продолжил сосед, — сказали: там живет наташа и у нее есть большая белая собака! и тогда я сразу понял, что это тебя имели в виду.

Ах, ну вот теперь все встало на свои места! Что там какая-то я, все дело в большой белой собаке, который Милю. Это Милю у нас звезда бань, а вовсе не я.

Так что, уважаемый Дмитрий Львович, хоть вы меня и не слышите, вы конечно правы, даже все то, что о людях, все равно про собак и котиков.

545 Comments
berlin

Дмитрий Быков // «Дилетант», №4, апрель 2021 года

«В каждом заборе должна быть дырка» ©

Север ГансовскийСевер Гансовский

1

У Севера Гансовского нетипичная биография. То есть во многом как раз типичная для рождённых в 1918 году: отец пропал без вести, мать погибла в блокаду (он говорил, что была репрессирована,— но по документам она после ареста вышла и в 1941 году жила в Ленинграде). Нетипичность в том, что большую часть жизни он литературой не занимался, интенсивно писал только в последние 30 лет, до самой смерти в 1990-м. Чем занимался — перечень впечатляющий: служил на флоте во время войны, был тяжело ранен и объявлен погибшим, получил два ордена Отечественной войны. После ранения работал в тылу в Казахстане, был конюхом; перебывал учителем, почтальоном, грузчиком, электромонтёром, снимался в кино в эпизодических ролях. Закончил филфак Ленинградского университета. Начинал с реалистических пьес на флотскую и армейскую тему, совсем как любимый герой Стругацких Феликс Сорокин (он вообще похож на Севера Феликсовича). О том, почему пошёл в фантастику, Гансовский с едким своим юмором говорил: «я вообще-то не собирался. Я реалистическое хотел... Но в то время реалистом считался Семён Бабаевский, я и подумал, что единственный способ писать правду — это сочинять фантастику». А время было такое, что на фантастику, добавим от себя, возникла мода: после запуска спутника казалось, что полёт на Марс будет завтра, а к другим звёздным системам — послезавтра, вон и коммунизм провозглашён ближайшей задачей, и в фантастику пошли все лучшие кадры. Дело не только в литературной моде — просто стало понятно, что некоторые вещи удастся проговорить, только если разместить героев в будущем или на других планетах. Фантастике поначалу дозволялось несколько большее, чем реализму, она как бы проходила по детскому ведомству, но в семидесятые до фантастики добрались, и Гансовский полностью почувствовал это на себе. Расшифровать его тогдашние тексты сегодняшнему читателю непросто — но тем интереснее.

Надо сразу разобраться с одним клеймом, стоящим на его имени,— на процессе Кирилла Косцинского (Успенского). О дружбе Гансовского с Косцинским известно из мемуаров последнего, там же — об очной ставке. Ещё одним свидетелем обвинения был Валентин Пикуль, женатый первым браком на сестре Гансовского. Сам Гансовский, принадлежащий к кругу ленинградских друзей Косцинского, писателей и умеренных антисоветчиков (умеренных, потому что только разговаривавших, ничего не организовывавших, но не питавших никаких иллюзий насчёт советской власти), к тому времени уже переехал в Москву и забрал у Косцинского все свои письма — ему не нравилась открытость друга и широкий круг его общения, а кроме того, он боялся обысков. Гансовский подтвердил всё, что требовалось, то есть приписанные Косцинскому высказывания и собственные заблуждения, от которых он, по собственным словам, совершенно избавился. В отличие от Пикуля, который на процессе обратился к Косцинскому со словами пафосного публичного упрёка, Гансовский вёл себя крайне сдержанно. Косцинский получил пять лет, отбыл четыре, в 1978 году эмигрировал в Штаты. О том, каким бременем лежало на совести Гансовского участие в том процессе,— читатель может судить по рассказу «Полигон», его самому известному произведению, которое обычно вспоминают первым, когда называют его имя. Здесь подлинная его духовная автобиография.

Этот рассказ Гансовский умудрился опубликовать в 1966 году в журнале «Вокруг света», и этот номер у нас на даче хранится — что лишний раз показывает степень догадливости тогдашнего читателя: люди понимали, что случилось событие. Не знаю, надо ли пересказывать этот рассказ,— есть мультфильм, предполагался, кстати, и фильм, так никогда и не снятый,— но суть в том, что на уединённом острове испытывается грозное оружие, новейший танк, который представляет военным изобретатель-конструктор. Этот конструктор сам много потерпел от вояк и ненавидит войну, поэтому не сразу объясняет приёмщикам главный принцип устройства:

«Как только кто-нибудь станет бояться машины, она сразу откроет огонь. Принцип тут в том, что жертва, если можно так выразиться, должна руководить палачом».

Это и есть главный принцип советского общества. И не только советского, а и нынешнего тоже — столь же репрессивного по своей природе. Мы должны признать себя жертвами, и тогда нас можно уничтожать. И машина благополучно уничтожает всех вояк. Не боится на острове только один человек — изобретатель, чьи сыновья погибли в последних войнах. За них он и мстит. Он спокойно уплывает с острова, но вдруг, уже за многие мили от него, спрашивает себя: а вдруг танк и сюда дострельнёт?

«Изобретатель поднял голову, и в ту же секунду пронзительный свист ввинтился в воздух».

А дальше финал, тоже довольно неоднозначный. На острове не осталось никого, и постепенно на него вернулись жители. Туземные дети понятия не имеют, зачем здесь эта машина, толку от неё никакого, и потому все с удовольствием лазают по его башне. Никто его не боится, и ему не в кого стрелять.

Проблема в том, что этот финал только выглядит оптимистическим. Вот была огромная, страшная, готовая убивать цивилизация. Вот она сама себя уничтожила — рабством, страхом, корыстью. Вот на её руинах играют дикари, но как-то нет большой радости от этого, потому что дикари не лучшая смена, потому что дикарская мораль не добрее цивилизаторской. И вполне может случиться, что со временем обитатели острова дорастут до танка. Потому что в человеческой природе всё это — агрессия, страх, наслаждение безнаказанным насилием — гнездится. Это было сквозной темой раннего Гансовского, и с упорством, почти маниакальным, он писал об этих таящихся до времени древних чудовищах, спящих внутри нас.

Collapse )


ПОРТРЕТНАЯ ГАЛЕРЕЯ ДМИТРИЯ БЫКОВА | подшивка журнала в формате PDF
berlin

Читает Анна Редченко...



Детская Школа Искусств им. Л.А.Гергиевой, Новороссийск
Дмитрий Быков «Зверьки и зверуши»
Читает Анна Редченко



Итак, одна маленькая зверюша надела лучшее платьице в горошек и привила в зверьковый городок с самыми добрыми побуждениями.

— Все зверюши дуры! Все зверюши дуры!— услышала она ликующий крик. Это маленькие зверьки, поддергивая штанишки, скакали вокруг нее и показывали нос.

Зверьки дразнили зверюшу, задирая носы и важно прогуливаясь туда-сюда. Они дергали зверюшу за уши, за хвостик, показывали ей длинные языки, пока зверюша не рассердилась.

— Так нельзя!— вознегодовала зверюша, и щеки ее запылали.— Это очень плохие игры! Они глупые и обидные, да, и обидные. Они не меня оскорбляют, а вас самих.

— Зверюша дура, зверюша дура,— продолжали веселиться зверьки, но им было уже совсем не весело, просто ни один не хотел показывать другим, что ему стало стыдно.

— Я знаю много увлекательных игр,— сказала зверюша.— Можно играть в штандр, в лапту, в города, в цвета, в море волнуется раз…

— Лучше в лисички-собачки,— захихикал самый вредный зверек, отобрал у зверюши ее маленькую корзиночку (зверюши всегда ходят с корзиночками) и кинул ее другому. Не успела зверюша подбежать к нему, как тот бросил третьему. Но третий не стал кидать корзиночку первому, чтобы зверюша металась между ними и умоляла вернуть ее. Он просто отдал корзиночку хозяйке.

— Спасибо, добрый зверек,— серьезно сказала зверюша, и зверек, потупившись, стал скрести босой лапой пыль на дороге.

— Влюбился в зверюшу, влюбился в зверюшу!— заблажили его товарищи и ускакали прочь, хохоча во все горло.

— Вы на них не думайте… — пробормотал зверек.— То есть не обижайтесь. Они дураки. То есть обычно они ничего, но иногда дураки. Давайте играть в море волнуется раз.

— В него вдвоем нельзя играть. Вдвоем можно в чепуху, в каляки… Подождите, я посмотрю, где у меня карандаш.

Зверюша порылась в кармане фартучка, доставая оттуда гребешок, кружевной платочек, пуговицу, резинового пупса в тряпочном одеяльце,— и вдруг вытащила три восхитительных, волшебных, ярких цветных стеклышка: красное, синее и желтое.

— Можно смотреть сквозь стеклышки,— сказала зверюша.— Вот возьмите синее.

Collapse )
berlin

Дмитрий Быков (фотографии)






Светлана Большакова («Facebook», 01.03.2021):

У нас завелся барбосик Чупс)
Дети так просили собаку!
Взяли из приюта...
Очень умный, ласковый и послушный! Ему примерно 2 года)

из комментариев:

Ekaterina Kevkhishvili: О, теперь будем к вам в гости ходить, когда будем хотеть собаку))

Светлана Большакова: он у нас не всегда живет, половину времени на даче у папы)

Ekaterina Kevkhishvili: уже интересно, куда в итоге он переселится на постоянную основу, так сказать))

Светлана Большакова: но могу завтра привести с собой потискать))

Ekaterina Kevkhishvili: один из нас должен ещё немного подрасти)

Светлана Большакова: кто же этот человек?)))

Ekaterina Kevkhishvili: вомбат ☝🏻

Светлана Большакова: вот поймем)






Светлана Большакова («Facebook», 03.03.2021):

Наш барбосик Чупс пришел знакомиться с Дмитрий Львович Быков и с Дмитрий Петров). Я считаю, повезло!